Если это прямо-таки необходимое условие для свадьбы, я уж как-нибудь обойдусь. Стану как леди Имоджин – курить сигареты через длинный мундштук и менять любовников. Буду полезна короне, напишу много романов, и, возможно, смогу оставить такой культурный след, что ради меня отменят корсеты.
Последнее было очень актуальным, потому что мой сейчас впивался нещадно.
Но мне было так хорошо на руках у Эдуарда, что я ни за что не согласилась бы их покинуть, хотя была в состоянии передвигаться сама. Думаю, любая леди меня поймет.
Однако Эдуард на мою фразу только нахмурился:
– Какая ты непостоянная, Амелия, – упрекнул меня он. – То подай тебе турне невесты, то замуж не пойду. Королевским приказом пойдешь замуж, и не нервируй меня."
"Эдуард не только нес меня даже не запыхавшись, будто на мне не надето бальное платье со множеством юбок, расшитое драгоценными камнями и нашпигованное артефактами, но и прямо на ходу вливал в меня жизненные силы.
Осознав это, я спохватилась:
– Перестань! Я в порядке! Тебе самому нужнее!
– Ты отвратительно делаешь комплименты, – сварливо припечатал меня Эдуард.
– Почему? – я опешила от непоследовательности его величества.
– Ты намекаешь, что я выгляжу хуже девицы, прошедшей древний и опасный ритуал. Позволь уж мне самому решать, что делать, – огрызнулся король, вызвав у меня улыбку.
Лорды такие лорды. А венценосный самый типичный из них.
У нас нет слабостей, мы крошим заговорщиков в капусту, спасаем девиц из передряг, правим страной, и все это только до завтрака.
Я могла это понять. Воспитание такое.
Впрочем, это не отменяло некоторых неудобных вопросов.
– Как это вообще возможно? Ты же разорвал ритуал, я чувствовала отголоски отмены… – с подозрением спросила я, понадежнее ухватившись за королевскую шею, чтобы Эдуард не передумал меня тащить.
И только сейчас задумалась о том, что эти самые отголоски были слишком слабыми. Да, очевидно, что Эдуард благородно принял основной удар на себя, оттянув от меня большую часть наказания.
Однако все равно. Что-то слабовато. Я лишь ревела, да и то совсем по иной причине.
Эдуард лишь крепче меня стиснул в объятьях.
– Рассказывай, – потребовала я. – Меня не проведешь. Я видела сегодня твоими глазами. И ты это знаешь. И я знаю, что я знаю. И это не списать на галлюцинации или бред.
– Тебе необходимо поговорить об этом прямо сейчас? Как ты себя чувствуешь? – он вгляделся в мое лицо.
