Имея доступ ко всем тайным знаниям и секретным архивам, он никогда ими не пренебрегал. Мальчишка рос у меня на глазах, удивительно, Эдуард всегда казался мне более подходящим на роль наследника. Из него получился прекрасный интриган.
Папа о чем-то задумался, и когда мне показалось, что он ушёл слишком глубоко в свои размышления, я не выдержала:
– Папа, ты тоже темнишь! Я была хорошей девочкой и терпела, но пора вскрыть карты. Расскажи мне о маме. Я имею право знать!
– Ты знаешь, что мама из провинции на границе, она рано осталась сиротой, и я был назначен её опекуном.
Где-то через год после моего назначения мы поженились.
– И что из этого неправда? – напряглась я.
– Почему неправда? – удивился отец. – Все правда. Разве я не учил тебя, что, если хочешь что-то утаить, то к десяти процентам лжи добавить нужно девяносто правды?
– А в чем тогда подвох? – нетерпеливо уточнила я, сейчас мне было вовсе не до нравоучений."
"– Лорна действительно сирота из приграничья. Только ее родная провинция с другой стороны границы.
Я ошалело смотрела на папу. У меня почему-то никак не укладывалось в голове, что мама – лидванийка.
– А опекуном её меня назначил король Гевин, когда я поймал её на шпионаже.
Глава 34
Мама – лидванийка, дворянка из обедневшего магического рода.
У меня в голове не укладывалось, что Лорна Бранхерст, рафинированная леди из высшего общества до мозга костей, думающая только о семье, и та самая скандальная шпионка, на которую я все детство хотела походить, одно и то же лицо!
Допустим, я могла понять, почему мне не рассказывали о мамином бурном прошлом.
Боялись подать пример мне с моим авантюризмом. Отец умело его направлял в полезное, но безопасное русло, и вляпывалась я во всевозможные истории, именно когда вырывалась из-под надзора. Я и сейчас-то не очень благоразумна, а пару лет назад, когда я принимала активное участие в мелких операциях Фаренджера, мамина история вполне могла вскружить мне голову и толкнуть на необдуманные поступки.
Могла я понять даже, почему особо не распространялись о происхождении мамы.
Все-таки последние семь лет имперцев считали врагами.
Но почему эта история должна ее расстраивать?
Все ведь уже в прошлом.
На этот вопрос отец ответил обтекаемо:
– Потому что это не было её решением, милая. Ты знаешь свою мать. Где она и где шпионаж? – фыркнул отец. – Молоденькой глупышке промыли мозги, запугали ее и поставили перед выбором без выбора как такового. Поэтому я так хочу, чтобы ты жила своим умом.
