Клара накрыла мне в гостиной обед, который я кое-как в себя запихнула. Казалось кощунственным наслаждаться утиной грудкой в малиновом соусе, когда где-то там все рискуют и от этого, возможно, будет зависеть их жизнь, которая и так висит на волоске.
Я слонялась по покоям из комнаты в комнату, не зная, чем себя занять, и в моей голове плодились кошмарные предположения. Я представила себе, наверно, тысячу вариантов развития событий. Алисия прислала немногословную записку, где рассказала, что Эдуард попросил ее помочь, и они с Тофинбейлом закрылись в его лаборатории.
Очень надеюсь, что когда она закончит, то сразу придет ко мне, иначе я сойду с ума.
Я ощипала весь амариллис, пока смотрела в окно. Оно выходило в парк, и я пересчитала каждый куст на аллее. Уже на закате я увидела в парке Аделину, прогуливающуюся с лордом Джейдом. Какое неудобное, жёсткое имя. Возможно, он разрешит называть себя по имени? Если лорд Джейд снова во дворце, то и отец вернулся. Я просила Клару разузнать, где он, но, вернувшись, она сообщила, что лорда Бранхерста никто во дворце не видел.
Думаю, папа сразу отправился в дом Вайнката.
Стемнело. Никто ко мне так и не пришел. Никогда не любила и не умела ждать, а сегодня это было особенно невыносимо. Устав от страха, отчаяния и мерещившихся мне ужасов, я решилась принять снотворное и уже открыла ларец с зельями, как в спальне раздался тихий шорох. С подобным звуком отпиралась панель тайного хода, которым пользовалась Дель. Но когда я заглянула в спальню, то увидела не Аделину, а Сарду.
Внутри у меня все оборвалось.
— Что-то случилось? — прохрипела я. Сарда невозмутимо прошел из спальни в гостиную и расположился в кресле.
— Ничего пока не произошло. У двери стоит стража, а я не горю желанием с ними объясняться. Леди Аделина поделилась со мной способом навестить тебя, не привлекая излишнего внимания.
— А зачем ты хотел меня навестить? — я все еще не могла поверить, что Сарда не принес дурные вести, но вовремя спохватилась. — Прости, это прозвучало грубо, но ты ведь никогда не появляешься просто так.
Он усмехнулся:
— Ты очень нервная для того, кто так безрассудно раз от раза бросается в объятия опасности.
— Я несколько раз видела, как моим друзьям угрожает опасность! Мне кажется, это извиняет мою нервозность? Как я могу быть спокойна, не зная, что происходит? — всплеснула я руками.
— А если будешь знать, нервничать не будешь?
— Буду, конечно. Но знать все равно легче, чем находиться в безызвестности.
