Я с искренним восторгом следила за обсуждением, мои познания в идеронском ограничивались устными протокольными приветствиями и названиями некоторых блюд. Моей искренней страстью был вессини. И, чтобы внести хоть какую-то лепту, я подытожила:
— Сарда вчера два раза встретил во дворце кого-то подозрительного, чье появление считает возможной причиной неприятностей.
— Похоже на то. Идеронцев понять могут только идеронцы, а высокопоставленных идеронцев, в особенности, когда они увлекаются своей игрой, только еще более высокопоставленные, — мнение Алисии в данном вопросе решено было принять как единственно верное, ибо только она контактировала с ними постоянно.
— Ладно, дальше, — Дель продолжила разбор текста, но он оказался не таким уж легким.
— Как-то странно он пишет. Почему не написал: «Один со змеиным языком и наполовину мертв, а другой нарядился в беркута и кормит кого-то?» Или там другое сочетание примет? — я уже готова была сдаться.
— Это Идерон. Положение знака в предложении важнее, чем первоначальная суть.
Итак, один со змеиным языком, это похоже на идиому, но в словаре ничего подобного нет. Если так подумать, то речь идет о лжеце, или завистнике, или кляузнике. Пусть так. Таких мерзавцев полно, но чтобы они представляли опасность для нас? Я вас умоляю, Тайная канцелярия и так знает о нас все, что можно.
Определенно в словах Дель был резон, более того, в моем случае Тайная канцелярия и есть сами кляузники.
— Что боишься, что отцу доложат про фиаско с лидванцем?
Я задумалась.
— Да не особо. Это даже не проблема. Отец мой далеко не ханжа. Скорее я бы не хотела, чтобы матушке рассказали про мой ночной визит к Эдуарду во фривольном платье.
— Твоя мама всегда производила на меня впечатление разумной особы, — Алисия пыталась меня подбодрить. — Если бы леди Лорна знала, куда и зачем ты идешь, против платья слова бы не сказала.
— Возможно, но мама была бы в ужасе, что я к королю и без фамильных драгоценностей, — пробормотала я, живо рисуя матушку в своем воображении.
— Вернемся к нашему делу, — а вот Дель не терпелось наконец покончить с этим дурацким посланием. — «Второй носит оперенье беркута». Это что? Он похож на беркута? У него повадки беркута? Как он вообще выглядит этот беркут? Кто-нибудь помнит цвет его оперенья?
— Невнятный какой-то, серо-коричневый или что-то такое, — припомнила Алисия.
Мы пригорюнились. Вся стража носила форму таких цветов, а также сотрудники Тайной канцелярии.
