А тебя чем он заинтересовал?
Я не спешила ответить на вопрос.
— Вот мы вроде бы все решили и обо всем условились. Только у меня сомнения: вдруг у них есть еще цель, о которой мы не догадываемся?
— Ты это о чем? — нахмурился Лялин.
— Помнится, был у меня приятель, мастер на такие штуки.
— Так он вроде помер? — зорко поглядывая на меня, удивился Лялин, а я кивнула.
— Вот именно: вроде. Такие, как он, живучие.
— Ты всерьез думаешь, что это…
— Мою догадку нетрудно проверить, — улыбнулась я. — Ладно, нам с Сашкой пора.
Подхватив Сашку, я вышла из машины и пешком отправилась домой. Ребята Тагаева малой скоростью двигали сзади.
Мы с Сашкой вошли в парк, из машины появились двое и поплелись следом. С одним из них, рослым блондином со шрамом на подбородке, мы были неплохо знакомы. Взяв собаку на поводок, я повернулась к ним, махнула рукой и крикнула:
— Сегодня ничего интересного больше не будет. Мы идем домой.
Выслушав меня с каменными лицами, парни проводили нас до двери дома. Выглянув в кухонное окно, я смогла убедиться, что джип стоит напротив.
— Надеюсь, им за это хорошо платят, — буркнула я.
Зазвонил домашний телефон. В тишине квартиры звук показался оглушительным, от неожиданности я вздрогнула, сняла трубку и, признаться, растерялась, услышав голос Абрамова.
— Ольга Сергеевна, простите, что беспокою вас дома, никак не мог дозвониться на работу. На визитке ваш домашний, вот я и подумал…
— Не извиняйтесь, я горю на работе двадцать четыре часа в сутки, без разницы, в кабинете или в своей квартире.
— Я, собственно, хотел кое-что уточнить по поводу нашего совместного проекта…
Мы очень мило поговорили. Надо полагать, Абрамов желал убедиться, что я не подозреваю его в коварных замыслах после истории с моей машиной. Если так, то идея не очень стоящая, вряд ли я ему расскажу о своих мыслях на этот счет. Или он рассчитывал, что меня выдаст дрожь в голосе? Тоже зря. Я слушала его и ухмылялась, и вдруг подумала, почему бы не проверить собственные догадки, сейчас это вряд ли что изменит.
— Юрий Александрович, вы меня очень порадовали, — весело закончила я. — А теперь, если можно, соедините меня с Егором Сергеевичем.
— С кем, простите? — растерялся он.
— С Терентьевым.
— Не думал, что вы знакомы.
— Пока нет, но есть желание.
— Что ж… — Он пребывал в нерешительности, не зная что ответить и что сделать.
А потом я услышала совсем другой голос в трубке:
— Здравствуй, милая.
— Глупо было рассчитывать, что ты угомонишься, — вздохнула я.
