Согнувшись в три погибели, я пискнула:
— Проходи.
Он сделал шаг, а я захлопнула дверь.
— Что с тобой? — спросил он, приглядываясь ко мне, и в голосе, и во взгляде был испуг и никакого намека на подозрение. Правду говорят, самые коварные существа — бабы и кошки.
— Я упала с лестницы.
— Господи, почему врача не вызвала?
— Я боюсь. Со мной что-то происходит…
— Ты спятила.
Он достал мобильник, я, держась за стену, зашла ему за спину, он отвлекся на телефон, не смотрел на меня, а я схватила вазу и огрела его по голове.
Рука у меня тяжелая, и ваза тоже. Но он не упал сразу, удержался на ногах и даже успел повернуть голову в немом изумлении, прежде чем я огрела его еще раз. Вот тогда он рухнул, а я буркнула:
— Извини. — И сковала его наручниками. Потом принесла шприц и вкатила лошадиную дозу снотворного. Теперь будет спать как убитый. Наручники можно снять. Я присела рядом и ощупала его голову. Крови нет. Он парень крепкий, в лучшем случае полежит немного в больнице с сотрясением мозга. Будет время поразмышлять с досадой о том, какая я дрянь.
С большим трудом я потащила его к дивану, подхватив под руки. Сашка заливисто лаял, очумев от происходящего.
— Цыц! — прикрикнула я. — Ничего с твоим Тимуром не сделается. И не зли меня. Не то и ты получишь.
Это подействовало.
В два приема мне удалось взгромоздить бесчувственное тело на диван. Увидев, как заботливо я подложила под голову Тимура подушку и укрыла его пледом, Сашка успокоился, забрался на диван и устроился у Тимура в ногах."
"— Вот и ладненько, — вздохнула я и пошла переодеваться.
Потом устроилась в кресле по-соседству.
Тут зазвонил мобильный Тимура, я его отключила, чтоб на нервы не действовал. Через полчаса начали звонить в дверь. Не терпится людям, оно и понятно, время приближается к отметке икс, а чем занят вождь, не ясно. Поняв, что вскоре приступят к решительным действиям и дверь скорее всего снесут, я вышла в холл и заорала:
— Чего вам?
— Где Тимур? — грозно рыкнули в ответ.
— Спит, — вздохнула я.
— Чего?
— Того.
Устал человек. И вы бы шли отдыхать. Будете шуметь, ментов вызову.
— Открой немедленно, — рявкнул кто-то.
— И не подумаю. Насчет ментов я не шутила. Еще один вопль, и я звоню.
За дверью притихли, наверное, совещались. Я взглянула на часы. Выждала еще минут пятнадцать, затем взяла телефон Тагаева, нашла последний звонок, нажала кнопку ""вызов"". Мне тут же ответил мужской голос.
— Тимур? — спросили с заметным облегчением, но радость была преждевременной.
