— Тогда не буду вам мешать, мисс, — сделала книксен Мария. — Если что, я всегда в вашем распоряжении. Вам нужно только позвать.
Мы обменялись улыбками, и я проводила горничную взглядом до дверей, после чего, достав из чемодана сменную чистую одежду, поспешила в ванную комнату, уже мечтая о том, как заберусь в горячую воду и смогу смыть усталость тех трех дней, которые провела в дороге.
Глава 2.
Для знакомства с детьми меня проводили в теплую гостиную, располагавшуюся на первом этаже замка.
Сытая, чистая, но усталая, я все же с нетерпением ждала встречи, надеясь, что дети будут не такими надменными, как их отец.
Стоя спиной к вычищенному камину и замерев в ожидании, смотрела на арочный вход, слушая неторопливые шаги.
Это няня вела моих будущих учеников, а у меня отчего-то сердце сжалось от волнения. Сама не знаю, почему, но так разволновалась, глядя, как из темноты коридора выступает невысокая фигурка девочки в легком розовом платье, а за ней мальчик и их няня, женщина почтенного возраста, носившая кружевной чепец и темное платье.
Я еще не была ей представлена, но сейчас меня интересовали только дети.
Улыбнувшись, посмотрела на девочку. Она остановилась в паре шагов от меня и вскинула взгляд. Я невольно вздрогнула, когда поняла, что глаза у юной леди в точности такие же, как и у ее отца. Голубые, словно две льдины.
Сама она внешне была очень похожа на лорда Хейвуда, лишь волосы были не темные, а светлые, обрамлявшие красивое, почти ангельское, личико малышки.
Мальчик был младше на год, или два.
Кареглазый, тоже светленький, он смотрел немного иначе, чем его сестра. И если у юной леди Хейвуд в глазах был некий вызов, то взгляд наследника был полон озорства и предвкушения проказ.
— Дети, познакомьтесь, — проговорила нянюшка, — это мисс Эванс. Она будет учить вас.
Я улыбнулась, не заискивающе, но мягко, надеясь на ответную реакцию. Девочка смерила меня взглядом, а мальчик поклонился, как истинный джентльмен.
— Мисс Эванс, хочу вам представить леди Каролин и мастера Адама, ваших подопечных и учеников.
— Очень рада знакомству, — я сделала книксен при этом продолжая улыбаться. — Надеюсь, мы подружимся.
— Отец говорит, что со слугами дружить нельзя, — проговорила девочка. — Нельзя дружить с теми, кому платишь, — и улыбнулась, сверкнув очаровательными ямочками на щечках.
— Надо же, какие здравые рассуждения, — с сомнением проговорила я и посмотрела на мальчика.
— А я рад, — просто сказал он и потянулся ко мне, словно желая обнять.
