— Если пообещаете, что вернетесь сюда, ко мне, я помогу вам уйти незамеченной, — сообщил Дарен.
В ответ покачала головой. Возвращаться совсем не хотелось. Праздник мне не нравился. И пусть Линаре не удалось испортить этот вечер, пусть на меня уже перестали коситься, особенно после того, как сам хозяин дома выделил меня из остальных, пригласив на первые два танца, желания участвовать в этом фарсе, не было. Сомневаюсь, что общество потеряет кого-то важного в моем лице, если покину бал. Для танцев здесь предостаточно красивых леди, а мне важнее пойти к мальчику и успокоить и себя, и его.
"
"Мы сделали еще круг, когда вальс, наконец, закончился и последние звуки повисли в воздухе, просыпавшись нам на головы магическим дождем из сияющего света. Дарен поклонился мне, благодаря за танец, я присела в книксене.
— Мы не уходим, — шепнул мужчина. — Я намерен получить оба танца сейчас, пока вы не сбежали с этого праздника жизни.
И я улыбнулась, а сама покосилась на Хейвуда.
Хозяин замка важно вел под руку леди Линару. Вел прочь с танцевального пола, возвращая невесту ее жениху. И мне стало еще любопытнее, о чем же это говорил Нортон с девушкой, если у нее такое кислое выражение лица?
* * *Девица светилась от счастья, когда он пригласил ее на тур вальса. При этом она кокетливо склонила голову набок, улыбаясь так, словно это не Кристиан, а он, Нортон, являлся ее женихом. Впрочем, Хейвуд был уверен: помани он девушку, и она выберет его. Но не потому, что любит, и не потому, что он нравится ей.
Нет. Такие как Линара ценят деньги и власть. У него хватало и того, и другого, поэтому девица, называвшая себя леди, вызывала у мужчины еще большее неприятие, чем прежде.
Злая, капризная, не умеющая держать свои чувства под контролем, решившая, что ей позволительно все, она раздражала лорда Хейвуда и на этот танец он пригласил ее вовсе не из-за желания угодить. И уж точно не для того, чтобы извиниться за поведение сына.
— Ах, милорд, — прощебетала девушка, едва раздались звуки вальса и он, положив руку на ее талию, закружил партнершу под звуки музыки, — мне так приятно танцевать в паре с вами!
Ее улыбка лучилась счастьем, таким же лицемерным и поддельным, как вся она, от кончиков пальцев, до маленьких ножек, обутых в дорогие туфельки.
— Боюсь, леди Линара, я пригласил вас с одной целью — поговорить, — сухо ответил Нортон, кружа девушку по залу, среди других пар.
