Отчего-то встречаться с гостями милорда сейчас не хотелось, и я поспешила прочь через сад, чтобы не столкнуться со столичными друзьями Хейвуда, надеясь, что на этот раз среди них не будет Тайрена с его невестой.
Тропинка увела прочь от замка, но еще долго его громада следила за мной узкими прорезями бойниц.
Под ногами шуршали сухие листья. Впереди синей бесконечностью приближалось море. Уже раздались и крики чаек, словно приветствовавших меня. Ждавших привычное угощение на облюбленном мной и детьми месте на берегу.
Я на мгновение застыла, стоя на вершине тропы. Глядя на ленту спуска, ведущую на берег, когда за спиной раздался топот копыт и оглянувшись на того, кто потревожил мое уединение, я не удержала короткого возгласа счастья, узнав во всаднике того, кого так ждало мое сердце.
* * *Нортон вышел встречать гостей. В последнее время ему было одиноко в своем огромном замке, хотя прежде мужчина не замечал этой пустоты.
Кажется, он был неправ.
Кажется, он допустил ошибку в своем признании к мисс Эванс.
Но ему претила ложь, и Нортон был максимально честен с ней и с собой.
Он мог ее полюбить. Он был в шаге от того, чтобы сделать это снова. Скажи она кроткое: «Да!» — и все могло бы быть иначе, но это был ее выбор. Не его.
Следующей осенью дети пойдут учиться в школу магии. Затем будет академия. Это нужно им. Не ему. Пора дать свободу пленникам Хейвуд-хилла.
Стоя на ступенях лестницы и заложив руки за спину, Нортон Хейвуд смотрел, как к замку приближается экипаж. Это были его друзья. Одни из тех, с кем он поддерживал отношения после добровольного заточения в фамильном гнезде.
Кажется, ему тоже пора менять свою жизнь.
Но вот один из всадников, ехавших рядом с каретой, вырвался вперед. И Хейвуд невольно сдвинул брови, узнав друга.
Дарен. Вернулся. Впрочем, кто бы сомневался.
Нортон вздохнул, вспомнив то, о чем сейчас сожалел. Мисс Эванс полагала, что Дрейк уехал не попрощавшись. Но он оставил для нее письмо. Оставил у друга, попросив передать. А Нортон не смог.
Белый конверт с печатью рода Дрейк так и хранился в глубине одного из ящиков письменного стола в кабинете наверху.
Что именно в нем было написано, Хейвуд не знал, но понимал теперь, что это уже не важно.
Всадник подъехал к замку. Спешился, почти швырнув поводья в руки подоспевшего слуги, взлетел по ступеням и встал на ступеньку ниже своего друга, глядя ему в глаза.
— Где она? — только и спросил Дарен, выдавая свое волнение тем фактом, что совершенно забыл поприветствовать хозяина дома.
