И вообще мне наплевать и на твою кузину, и на твою напыщенную тетку. Делают вид, что не замечают меня, когда я вхожу в банкетный зал, отворачиваются, когда видят меня в королевском саду. Нет, рано или поздно они ответят за каждое не сказанное мне слово, за каждый взгляд, не брошенный в мою сторону. Именно из-за леди Дарлингтон королева отказалась поначалу назначить меня в число своих придворных дам. Она виновата и в том, что королева жаловалась на меня его величеству. Я все помню и ничего не забываю. Когда-нибудь леди Дарлингтон заплатит за все.
И она, и та глупышка, которую ты собираешься назвать своей женой.
Говоря это, Барбара пришла в неописуемую ярость. Глаза метали молнии, руки сжались в кулаки с такой силой, что косточки побелели, грудь бурно вздымалась, резкие слова слетали с языка и жалили. Она дрожала от возмущения.
Не многие женщины сохраняют в гневе свою красоту. Однако Барбара становилась просто неотразимой, аж дух захватывало. Рудольф смотрел на нее и не слышал ее слов, настолько она была соблазнительна.
Заметив краешком глаза, что мужчина наблюдает за ней, Барбара рванула белоснежный пеньюар и, швырнув на пол, начала топтать.
– Они поплатятся за причиненную обиду! Я растопчу их спесивые рожи, как сейчас одежду! – кричала полуобнаженная, в развевающихся кружевных юбках, Барбара. – Я выпровожу их из дворца с такой же легкостью, с какой выкину щетку!
И она схватила золотую, украшенную драгоценными камнями щетку и швырнула в раскрытое окно. На мгновение оба замерли, потом кинулись к окну и посмотрели вниз.
В королевском саду прогуливались придворные дамы и светские щеголи. Щетка стукнула пожилого придворного по голове, сбив шляпу. Когда Барбара с Рудольфом выглянули, он как раз поднял щетку и в недоумении уставился на нее. Шляпа его валялась на земле, а парик съехал, обнажив лысую голову. Посмотрев еще раз вниз, потом друг на друга, Рудольф и Барбара расхохотались. Гнев Барбары прошел, как гроза в летний день, солнце снова засияло. Они продолжали смеяться, подглядывая за обескураженным придворным.
– Я не удивлюсь, если он потребует сатисфакции, – веселился Рудольф.
Барбара дотронулась до его щеки:
– Ты прав, нечего делать в этой дурацкой стране с ее глупостью и жеманством. Когда ты станешь маркизом, я, возможно, могла бы сама выйти за тебя замуж.
Смех Рудольфа мгновенно оборвался. С ней не соскучишься!
– Весь вопрос в том, когда это произойдет."
"– Я сделаю все от меня зависящее, – пообещала Барбара. – А сейчас тебе лучше уйти.
