— Я уже успел даже прогуляться, миледи! И я прошу простить меня за не слишком приличный вид, — мне было неловко появляться перед хозяйкой в той же рубашке, что и накануне. — Я не взял с собой ничего из своего гардероба, рассчитывая, что вернусь на ночлег к лорду Берроузу. Но раз вы были столь любезны и позволили мне остаться здесь, то позвольте мне вызвать сюда и моего камердинера.
— Конечно, ваша светлость! Вы могли бы и не спрашивать об этом. Я рада, что следствие ведете именно вы. Я ужасно боялась, что дело попадет в руки какого-нибудь мужлана, который не имеет ни малейшего представления о чувстве такта и охотно станет рассказывать обо всём, что здесь узнал, за пределами Кросби-холла, смакуя все неприятные подробности.
— Буду рад оправдать ваше доверие, миледи! — я чуть наклонил голову. — И я постараюсь завершить расследование как можно скорее. И если вы не возражаете, то пару вопросов хотел бы задать прямо сейчас.
— Прошу вас, ваша светлость, — ее сиятельство поставила на блюдце чашку, которую до того держала в руках, — я в вашем распоряжении.
— Слышали ли вы о краже серебряной табакерки, которая случилась за день до смерти вашего сына?
Она вздохнула, скорбно поджала губы и кивнула.
— Да, ваша светлость, я слышала об этом. Довольно неприятное происшествие. Джейкоб был очень расстроен. Это была любимая табакерка моего мужа и его отца.
— Вот как? Значит, для вас и для его сиятельства эта вещица имела не только материальную ценность, и для вас было делом чести ее вернуть? — я дождался от хозяйки еще одного кивка и продолжил: — Но тем не менее его сиятельство не захотел обращаться в полицию.
— Он хотел избежать скандала, — пояснила она.
— Простите, миледи, но это трудно понять, — нахмурился я. — Что скандального было в этом происшествии? Разве что его сиятельство подозревал в краже кого-то из домашних?
Ее щеки гневно запылали, и она бросила на меня рассерженный взгляд.
— Как вы можете предполагать такое, милорд? Разумеется, он не подозревал никого из членов своей семьи.
— Даже свою жену?
— Даже свою жену, — не колеблясь, подтвердила леди Розмари. — Как бы я ни относилась к леди Кэтрин, я уверена, что она не воровка. Это сделал кто-то из слуг, можете мне поверить.
— В таком случае у нежелания его сиятельства обратиться в полицию нет вовсе никаких оснований. И если на одной чаше весов стоял пусть даже и маленький скандал, а на другой — возможность вернуть дорогую для семьи Кросби вещь, то выбор, мне кажется, был очевидным.
