Честно говоря, не ожидала, что у женщины настолько намётан глаз, ведь она сумела обойтись даже без примерки, только призналась, как с первой выкройкой бегала на задний двор, где сушилась одежда. Я настолько растрогалась, что едва не расплакалась. На все мои попытки заплатить за работу, Сабрина отвечала жёстким отказом и обещала тщательно проверять каждый день спальню, чтобы мне не удалось провернуть тот же трюк, что с Гертом. На мой бубнёж, насколько мне неудобно, Вильгельм лишь улыбнулся и сказал, что это малое, чем они могут меня отблагодарить за лечение Эль.
По официальной версии, по-прежнему вся заслуга в исцелении девочке принадлежала сипринам. Пришлось даже придумать, что использую примочки из сошкрябанной слизи с рыбьей чешуи, чтобы завуалировать лечение глаз. Хотя у меня имелись подозрения насчёт того, что толчком к прозрению стали как раз те самые потирания руками Эль лица во время первого купания. Она ведь, не поняв, что это возле неё такое непонятное скользит, попыталась ухватить сиприн.
Герт, оставшийся ночевать после моего разрешения, действительно помог наловить нужное количество рыбы на продажу «к королевскому двору» и даже присутствовал при заключении сделки.
Глядя на управляющего Вильгельма, я не могла не поразиться, каким же сильным духом обладает этот мужчина, которого не смогли сломить ни рудники, ни смерть единственного сына. К сожалению, больше детей у них с Сабриной не получилось родить, хотя когда он вернулся, возраст ещё позволял. Скорее всего, сыграло роль то, что молодой женщине приходилось много трудиться в тяжёлых условиях, чтобы заработать денег на жизнь себе и новорожденному ребёнку.
Мало ведь кто согласится на помощницу «с довеском» и сейчас, а тогда нравы были ещё строже. Да и самой Сабрине можно поставить памятник, что не только смогла пережить все невзгоды, но и сохранить чувства к мужу за столько лет. Конечно, таких явных проявлений, какие я привыкла в своём мире видеть у людей в возрасте, не было, но они легко читались в мелких деталях. Даже в том, как она подавала ему тарелку или полотенце.
Господин Гедрих, тот самый посредник, мне очень не понравился, и если бы не присутствие Вильгельма и Герта рядом, упала бы духом. Настолько неприятный тип, что даже после того, как он уехал, осталось чувство омерзения. Радовало лишь то, что нескоро его увижу снова. Время я выиграла, а там дальше уже видно будет, как дело пойдёт. О существовании Эль Марго по-прежнему не знала, но Вильгельм ещё несколько раз ездил к ней.
