Даже если бумаг, подтверждающих этот факт, нет, то ничего не мешало составить задним числом – на всё воля Его Величества.
– Но как же твой брак с Линдой? Двоежёнство в Бронхедже запрещено.
Ох, как после моих речей перекосило Ойгена! – Его тоже аннулировали и заставили меня не только вернуть приданое, но и выплатить баснословную сумму не только Линде, но и её семье в качестве компенсации! Это всё из-за тебя, Кристин! Лучше бы ты сдохла тогда, при падении с лестницы!
Как же ты близок к истине, «милый», даже не представляешь насколько.
Вот только правды ты никогда не узнаешь.
– Если моё общество настолько тебе омерзительно, может, оставим как есть? Ты уедешь в поместье Майеров, а мы с дочерью останемся здесь. Никто никому не станет мозолить глаза и раздражать. Если потребуется где-нибудь появиться вместе, то приеду.
– Да как ты не понимаешь?! Мне нужен наследник! – рявкнул этот негодяй, да так, что глаза кровью налились.
– И ты так уверен, что я смогу его тебе родить? Сам ведь знаешь, что говорили лекари все эти годы после того, как родилась Софи!
Ойген резко схватил меня за руку и притянул к себе: – Не сумеешь ты, всегда найдётся другая, более здоровая и плодовитая! Причём быстрее, чем ты думаешь!
От шипения бывшего мужа и плача Софи мне окончательно поплохело.
Эта одержимость наследником окончательно сделала из Ойгена натурального психа. А нехорошие предчувствия, что как только он заполучит желаемое, то от меня наверняка избавятся, добили.
– Хочешь выдать своего ублюдка за нашего совместного? Ты это задумал?
– Надо же.
.. А ты не такая идиотка, какой казалась. Так что не глупи: глядишь, проживёшь подольше! А теперь собирайся и без глупостей! Через час-два уже приедет карета. И помни: один неверный шаг, и девчонке придётся туго!
– Дайте хоть одеть ребёнка или собираетесь везти прямо в одной ночной сорочке?
– Йенс, Олаф, глаз с неё не спускать до тех пор, пока я не вернусь! – Ойген грубо оттолкнул меня, а затем сунул королевский указ за пазуху и направился к выходу из охотничьего домика.
– Впрочем... Олаф, налови-ка побольше рыбы из этого чудесного озера: деньги лишними не будут, да и моей семье она на пользу пойдёт.
Мразь, просто мразь! Йенс так и не отдал мне Софи, протопав вместе с ней до спальни. Мне едва удалось его убедить в том, что мытьё и переодевание маленькой девочки – это не то зрелище, которое стоит видеть взрослому мужчине. Скрипя зубами, этот здоровяк всё-таки согласился, а я быстро закрыла за ним дверь и обняла Софи.
