А за прелюбодеяние, тем более замужней дамы, пойманной на измене при свидетелях, Кристину быстро сошлют в монастырь, тебя разведут просто по щелчку пальцев, оставив все её земли в качестве компенсации. Там сама быстренько сдохнет, презираемая всеми, да ещё и под тяжёлым гнётом наложенных строгих покаяний в соответствии с совершённым проступком. Никто даже не удивится, что обманутый муж быстро найдёт себе достойную замену. А потом ещё и получит достойную награду в виде рождения наследника. Пару-тройку месяцев не показывать ребёнка, и прекрасно всё совпадёт по срокам.
Только представь, как тебя будут все поздравлять, особенно после долгих лет брака с женой-пустышкой, не способной понести после рождения больного ребёнка! Девчонку отправим в пансион для убогих, где она тоже быстренько преставится. Вот так легко и красиво разрешатся все твои проблемы, сынок. Мы и так слишком долго терпели в своём доме этих двух жалких дурочек. Только деньги зря на них тратили...
Тварь! Просто тварь!!! У меня внутри всё кипело от негодования.
Вот ведь стерва! Самое ужасное заключалось в том, что план действительно выглядел идеальным. Даже если вооружусь до зубов, то против мужчины моё тщедушное тельце не выстоит: хватит того, чтобы слегка приложить по голове, и вуаля! Тут же достаточно застукать женщину просто с задранной юбкой выше щиколоток, чтобы обвинить в грехопадении.
– План, несомненно, хорош, мама... – немного неуверенно протянул Ойген. – Но хотелось бы как-нибудь обойтись без вот этой всей грязи с изменами.
Сама понимаешь – моя репутация может всё-таки пострадать, а огласки избежать не получится. И даже спустя годы обязательно найдутся те, кто будут шептать, припоминая, как эта бледная моль наставила мне рога...
Затаив дыхание, я прикусила нижнюю губу, ожидая продолжения. Что же перевесит: авторитет Доротеи или любовь к себе прекрасному и безупречному?
– Ты подумай, сынок. Пока оно ещё есть, это время...
– Идея с охотничьим домиком мне нравится. Надо будет разведать, а не промышляют ли в тех краях разбойники.
Хотя тоже могут подумать, что мы в этом замешаны, снова тень на честное имя Майеров падёт..."
"Что?! Честное имя Майеров? Он шутит? Это имя прогнило всё насквозь настолько, что смердит, несмотря на надушенные изысканные наряды! Господи, этот «аттракцион любви и добросердечия» когда-нибудь закончится? Один план другого краше. Но больше всего поражало, с какой лёгкостью и цинизмом эти двое рассуждали, как избавиться от нас с Софи.
