Эти деньги он пытается добыть силой, он также рискует собой и своей командой. А ведь это чего-то стоит?
Нет, он нисколько не жалеет, что ввязался в это дело.
– Нет, бывает, – угрожающе нахмурился он. – Я говорю, бывает. Твой Твид будет платить мне.
– Не буду! – подал голос тот.
– Заткнись, не с тобой толкую. – Вадим даже не глянул в его сторону.
– Он правильно говорит, платить тебе никто не будет... Слушай, а вообще откуда ты взялся такой молодой, да ранний? Шел бы ты отсюда, пока цел!
– Зря ты мне грубишь, зря, – Вадим смягчил тон.
Но эта мягкость была хищной, змеиной. В ней таилась опасность. – А платить Твид все одно будет...
– Ты меня утомил, – поморщился Валера. – Денег не получишь, точка. И вообще, пошел ты на крен!
И он действительно поставил точку. После такого оскорбления, нанесенного Вадиму, слова заканчивались, в ход могла идти только грубая сила.
– Ладно, ухожу, – Вадим, казалось, оробел.
Он начал разворачиваться, словно собираясь уходить. И тут же сжатой пружиной возвратил свое туловище на место.
При этом его с силой запущенный кулак врезался коренастому в лицо. Тот потерял равновесие и бревном рухнул на землю. Но тут же, пошатываясь и держась левой рукой за челюсть, снова привел себя в вертикальное положение. Правая его рука скользнула в карман. И тут же вынырнула.
Вадим замахнулся снова, но его остановил выставленный в его сторону «наган». Послышался щелчок взведенного курка.
– Только дернись, мутила, и пуля твоя. – Валера явно был горд тем, что у него есть оружие. – Ты говорил о законе джунглей.
А в джунглях побеждает сильнейший. А сильнейший – это я.
И, похоже, он вполне мог пустить его в ход.
– Уходим, Ящер, – сказал Сема. – В другой раз побазарим.
С Усиком можно было согласиться. Зачем лезть на рожон, переть грудью на «ствол»?..
– Это мы еще посмотрим, кто сильнейший...
* * *Вадим высоко ценил подвал своего дома. Это был не просто подвал, а своего рода штаб-квартира их уличной команды. Поначалу его строили как объект гражданской обороны, укрытие на случай ядерной войны.
Но до конца дело не довели, перебросили строительство объекта на другой дом. Но подвал остался и сухим, и просторным. Бетонный пол, высокие потолки. И не отсеки в нем, а целые комнаты, хоть живи в них. Правда, большую его часть отдали под кладовочки для жильцов дома. Но и пацанве место осталось. Широкий коридор, четыре просторных помещения. Красота!
Два отсека ушли под спортивные залы. В них накачивали мышцы и набивали кулаки на мешках с песком.
