Создала им образы, вывела на сцену, заполнила их выступлениями телеэфир. И вот, спустя всего лишь год, их имена уже на устах у каждого. Ее звезды собирают полные залы, кассеты с записями их концертов идут стотысячными тиражами. И это ведь только начало.
Сегодня она должна была прослушать ансамбль с названием «Братва». Название для музыкальной группы грубое, топорное и глупое. Но чем глупее название, тем охотнее клюет на него обыватель, тем лучше расходятся альбомы. Вот скажи только, что будет петь «Братва».
И, даже не зная об этой группе совершенно ничего, сразу поймешь, что в ход пойдет незатейливая лагерная лирика под ноющие или излишне бодрые звуки гитары. Блатные песни – это примитив, но народ любит. На этом и выезжают всякие хитрозадые певцы, умело косящие под уголовников. И продюсеры на этом выезжают. А Ирина не исключение из правил. Если группа ей понравится, она может запустить ее в раскрутку, делать на ней неплохие деньги.
И трех минут хватило, чтобы составить полное представление о «Братве».
Трое коротко стриженных качков с тусклыми глазами. И петь они не умеют, и на гитарах не играют, а бренчат. А песни вообще никуда не годятся. И, похоже, не косят под бандитов. Они и есть бандиты самые настоящие. Наверняка рэкетом промышляли. А потом славы им захотелось. Решили, что смогут пробиться на большую сцену. Возможно, и смогут. Но только не через нее.
– Все, хватит, – вежливо остановила их на третьей песне Ирина. – Спасибо, я вас больше не задерживаю.
– Не понял! – вылупил глаза солист.
– Извините, что отняла у вас время, – уже направляясь к выходу из зала, сухо сказала она. – Встретимся как-нибудь в другой раз...
Она уже привыкла с легкостью отказывать начинающим артистам. И с этими зэками церемониться не собиралась. Несколько дежурно-вежливых фраз – и гуд бай, пацаны...
– Э-э, ты это, притормози! – нахраписто потребовал другой, самый здоровый из всех.
Он спрыгнул со сцены и перегородил ей путь.
– Ну, чего тебе? – устало спросила его Ирина.
Наглый тип, но и не таких обламывали.
– Ты это чо, побоку пустить нас хочешь?
Думает, если бандит, то может наглеть безнаказанно. Только крен он угадал.
– Не подх о дите вы мне, – сохраняя самообладание, ответила она и попыталась обойти его.
Да не тут-то было. Он ухватил ее за руку.
– Зато ты, киса, мне подходишь, – недобро оскалился он.
Вот так, приехали...
В сущности, она не была жестокой. Но приходилось таковой быть, иначе грош ей цена.
