За Самоваром выросла фигура его напарника, того самого Семы. Тоже крепкий парнишка, плечистый, грудь колесом. На нем безрукавка, видно, как крепко «накачан» он. Культурист, мать его. Качков в Краснинске пруд пруди. Кстати, Сема, похоже, и сам машины угонять наловчился. «Семерку» привел.
А вот и третий нарисовался. Тот самый, который буром пер на Шаланду, на блатаря с золотой фиксой. Не робкого десятка пацан, чувствуется в нем внутренняя сила. И «накачан» так же круто. Волчий взгляд...
– Ну что, Ржавый, принимай товар, – он заговорил первым.
А ведь с ним он никаких дел не имел. Видно, теперь расклад придется поменять.
– Я не Ржавый! – огрызнулся Маисов. – Меня, между прочим, Давидом...
– Заткнись, мурло! – надвинулся на него пацан. – Стукач кренов!
Ишь как заговорил! Ну прямо как тот урка. Но ведь не из них он... Но все одно, не безобиден, черт...
– Я бы попросил не выражаться! – взвизгнул Давид Реонгольдович.
– Я же сказал, заткни хавло! Сюда слушай, падла!
Ну нет, пора ставить на место этого нахала.
"
"– Эй! – крикнул он и, махнув рукой, подозвал к себе всех своих. Пусть видит этот недоумок, какая у него силища!
Паша и Веня, вышибалы, словно две горы выросли за его спиной. Обоим под сорок, сила убойная – подковы гнут. Животы, правда, пивные. Сами грузные на вид, неподъемные. Но это нисколько не помешает им сделать из этого нахала отбивную. И механики подтянулись. Сан Саныч, Петрусь, Линьков Витя, Ленчик с Митьком – ребята не промах. Ко всему готовы. Вон у каждого по монтировке в руке.
Только скажи, так «хором запоют», вмиг из этой шпаны воздух выпустят.
В тот раз, когда блатные понаехали, бригадка его подпольная, если честно, сплоховала. Никто не решился под пули лезть. Но то ж блатные...
Да только что-то не очень напуган этот нахал с большими бицепсами.
– Ты, дядя, шутки свои брось, – зло усмехнулся он.
Уже не «Ржавый», уже «дядя» – хоть какой-то сдвиг...
– Чего ты хочешь? – Давид Реонгольдович не без основания чувствовал себя хозяином положения.
– Я же говорю, мужик, товар принимай! Пять тачек тебе подогнали.
Мало?
– Хватит... По пять сотен за каждую, и отваливайте...
– Э-э, нет, мурло, ты так просто от нас не откупишься. Пять сотен своих ты себе в одно место засунь... По два «куска» за тачку, и разбежались...
– По два «куска»?.. Ты чо, окренел, сосунок?
– А ты, Ржавый, не гони, не запрягал, – взгляд грубияна остекленел. – Ты моих пацанов подставил, на бабки они попали. Им ведь долги, суки, отдавать надо...
