– Но в голосе ее не чувствовалось особого раскаяния.
– Ты не думай, увиваться за тобой я не собираюсь. Что было, то прошло. У тебя своя жизнь, у меня своя... Ты, кажется, куда-то шла? Иди, не задерживайся... А за Вадима не переживай, отпущу я его к тебе на ночь. Если он этого захочет...
– Захочет! – с вызовом сказала она. И скрылась в дверях.
– У-у, ты какая! – протянул ей вслед Володя.
– Она такая, – выдохнул из себя Артем.
– Знакомая твоя?
– Я ее любил.
По его тону можно было понять, что он продолжает ее любить и по сей день.
– Такую любить опасно. Пиранья. Живьем съест... Может, хряпнем по чуть-чуть?
– Да не по чуть-чуть... Тащи!
Напиться и забыться, вот чего хотелось сейчас Артему.
* * *На следующий день он снова увидел ее.
Молодые воины его взвода принимали присягу на верность Отчизне. Серьезные лица, парадная форма, белые ремни, сверкающие сапоги, голубые береты, натянутые до ушей. На груди – боевые автоматы. И слова клятвы на устах. Все они знали ее наизусть, но читали перед строем по листку, вложенному в красную папку.
Ирина стояла в толпе родственников. Артем старался не смотреть в ее сторону. Но глаза сами, как ракеты на цель, наводились на нее. Какая же она все-таки красивая и желанная!
Она же смотрела на Вадима. Но и Артему доставались ее взгляды. Хоть изредка, но она любовалась им, красивым молодым офицером, стройным, подтянутым. И ему это было приятно. Даже казалось, что она чувствует себя дурой. Еще бы, ведь собственными руками душит свое счастье...
А потом было прохождение торжественным маршем.
Развевающееся на ветру знамя полка, бравурные звуки оркестра, мерный шаг сотен солдатских ног. Красиво, торжественно. Артем шел легко, четко печатая шаг. Его выправке мог позавидовать всякий. Он знал это и гордился. На какой-то миг краем глаза он выхватил в толпе Ирину. Она стояла в нескольких шагах от него и улыбалась. Ему улыбалась!
– Рядовой Ящуров, завтра в семь утра быть в расположении полка, – суровым тоном сказал Вадиму Артем, на глазах у Ирины вручая ему увольнительную записку.
2
Вадим сидел в снятой ею комнате, на одном с ней диване. Выкупанный, распаренный, во всем чистом, ел сервелат, черную икорку, запивал шампанским.
– Ты уже разговаривала со своим? – спросил он ее.
– С кем это, со своим? – не поняла она.
– Ну, с лейтенантом Городецким... Тьфу ты, с Артемом Городецким... У вас же с ним вроде роман был.
– С Артемом? Разговаривала.
Она на секунду задумалась. Не ожидала увидеть здесь Артема. Вроде нравится он ей.
