и повернула в сторону заднего двора.
Вернее, туда, где должен был находиться задний двор — за дом. Но там нашлось только совсем узкое деревянное строение, не то уборная, не то сарай для лопат (Ди не рискнула подходить ближе и проверять по запаху), несколько небольших грядок с какими-то овощами с разлапистой зеленой ботвой и — яблоня. К ней Диана и направилась.
Подошла и просто уселась на землю прямо под деревом. Одно из яблок, еще зеленое, но уже успевшее обзавестись розовым румяным боком оказалось рядом с ее виском.
Ди поморщилась и сдернула плод с ветки. Дерево вздрогнуло. Вниз слетело несколько листьев и, судя по звуку, где-то за ее спиной на землю упало еще одно яблоко. Она не оборачивалась.
Подтянула колени к груди и сжала сорванное яблоко в ладонях. Теперь оно никогда не поспеет...
Сколько лет было этой Лире? Ди не помнила всех горничных усадьбы по лицам, не то что по именам. Но голова у умершей снова осталась в целости и сохранности. Голова с молодым, даже еще с совсем юным лицом.
..
— Миледи в огороде, — послышался со стороны дома хрипловатый бас Корта.
И Диана снова поморщилась. То тянут, то, стоило ей уйти, так срочно кому-то понадобилась.
Но встать и пойти выяснить, кому там неймется, она не успела.
— Там нет перьев, — раздался над головой знакомый голос.
— Что? — Ее все еще мутило от увиденного, поэтому соображалось из рук вон плохо.
Марко шагнул ближе и присел перед ней на корточки, уперев локти в колени и свесив руки вниз.
— Перьев нет, — терпеливо повторил он.
— Согласно твоей теории, Джо душил жертв подушками, а потом рвал. На Ани не было перьев. На Лире тоже. — И замолчал, напряженно глядя на нее.
А что она могла сказать? В теории оно все было ладно да складно. Но он сам еще тогда отправил сообщение об их выводах страже в Иволгу, и те ответили, что одно убийство без перьев — еще не повод искать душегуба среди живых, учитывая, что способ убийства полностью соответствовал тому, каким разделывалась со своими жертвами нежить.
Ди встрепенулась и, оторвав лопатки от ствола, подалась вперед.
— Ты напомнил страже о перьях?
— Угу.
Что-то в его лице ей не нравилось. Слишком напряженное, слишком озабоченное. И какое-то злое, да. И, она была готова держать пари, дело было не только в том, что опять погиб кто-то из его знакомых.
— Что еще? — спросила Диана прямо.
Желание прикоснуться к его лицу и сделать его снова живым было настолько сильным, что она крепче сжала в ладонях глупое яблоко.
