Леди полуночи

– Не сомневаюсь, – захохотал Брам, потом повернулся к Торну: – Господи, если ты сумел выдержать целую неделю, значит, действительно любишь ее.

– Так и есть, Торн, – подвел итог Пейн. – Если хотите завоевать сердце дамы, вы должны быть готовы пойти на риск, причем реальный. И речь не идет об умении танцевать.

Торн стиснул зубы. Ради Кэти он пожертвовал родным домом, несколько лет жил под открытым небом, голодал в тюрьме и проливал кровь на войне.

– Я отдал за нее все, что мог отдать человек в моем положении.

– Это вы так думаете, они же хотят получить все до последнего. Вы можете вывернуть наизнанку свои карманы, лечь у их ног, но этого все равно будет мало, пока не подадите им на блюде свое еще трепещущее сердце.

– И опять я должен перевести слова кузена: просто скажи мисс Тейлор, что любишь ее. Это единственное, чего ждут все они.

Любовь! Все опять вернулось к этому слову. Не так уж трудно сказать Кэти, что он любит ее, но как сказать, чтобы они оба поверили в это… вот в чем сложность.

– Хотите, попрактикуемся еще, – предложил Пейн.

– Нет-нет, спасибо! – поспешил отказаться Торн.

– Смотрите, а то мне не трудно выступить в роли женщины – партнерши в танцах, например.

– Я сказал – нет! – едва не зарычал Торн.

Пейн расправил галстук и спокойно заметил:

– Вообще-то, я лишь пытаюсь помочь, так что могли бы вести себя и повежливее.

– Я не силен по части этикета.

– Совершенно верно. Но именно поэтому я здесь, не так ли? Именно поэтому вы обратились ко мне за помощью.

Торн жестом прервал его монолог, прислушиваясь к мелодии, звучавшей снизу, из зала.

– Это вальс, – подтвердил Пейн. – Ваш выход.

Брам хлопнул друга по плечу:

– Сильно ее не жмите, – посоветовал напоследок Пейн. – Это ваш единственный шанс добиться счастья, вы ведь понимаете. Единственный на всю оставшуюся жизнь.

Торн бросил на него мрачный взгляд и плечом толкнул дверь.

Проходя коротким коридором к бальному залу, он почувствовал, что его замутило, но стоило увидеть ее в противоположном конце зала, как все его страхи улетучились, сменившись благоговением.

Торн не видел ее почти неделю.

А вот такой и вовсе не видел никогда.

Господи, как она хороша! Кейт стояла к нему в профиль, увлеченно что-то обсуждая с Минервой Хайвуд, нынешней леди Пейн.