Леди с серьезными намерениями

Она находила удовольствие, поддерживая его игру, черпала умиротворение в теплой синеве его глаз.

Первый тост провозгласили за Клариссу, кузина Софии мило зарделась, Нед несколько напряженно поглядывал по сторонам.

Подняв бокал, Джек тихо произнес:

— За ваш сезон, дорогая София. За то, к чему он приведет вас.

София грациозно склонила голову.

Ее соседом слева был мистер Сомеркот, дальний родственник Веббов, джентльмен, имеющий самостоятельный доход. Дядя представил его как выходца из Нортамптоншира.

Явно человек светский, мистер Сомеркот в то же время был замкнут до невежливости. София, как ни старалась, смогла вытянуть из него одни лишь междометия.

Справа от Джека сидела миссис Волтамбрук, пожилая вдова, тоже родственница Веббов. София засомневалась, правильно ли тетушка рассадила гостей, но после первого блюда ее вера в Люсиллу утвердилась окончательно. У старой дамы оказалось незаурядное чувство юмора, которое Джек вполне сумел оценить по достоинству.

София оказалась втянутой в их оживленную беседу и не заметила, как покончили с десертом и пришла пора вставать из-за стола.

Люсилла поднялась и любезно предложила гостям проследовать в бальный зал.

Поднимаясь по лестнице под руку с Джеком, София заметила, что леди Энтвистл наблюдает за ними, слегка нахмурив брови. Это не показалось ей странным: миледи поняла, что Джек оказался соседом по столу Софии с подачи Люсиллы. Люсилла явно взяла на себя роль Купидона. Непостижимо, но, проведя с столице целых три недели, тетушка до сих пор была не в курсе финансового положения Джека Лестера.

Но в свое время Люсилла сама поступила нетрадиционно, выбирая супруга, — она вышла замуж за Горацио Вебба, когда он был гораздо менее обеспечен, чем ныне, и нисколько не сомневалась в выборе. И мама самой Софии тоже вышла замуж по любви. Это, очевидно, было в семейных традициях.

Бросив взгляд на красивый профиль Джека, София подумала, что, к сожалению, сама она этой традиции не последует.

Спрятав страдающее сердце за безмятежной улыбкой, она переступила порог бального зала.

В мягком свете больших канделябров достижения флористов и декораторов выглядели даже более впечатляющими, чем при свете дня. Легкие белые колонны, поддерживающие купол потолка, украшали розовые и белые розы и сверху донизу обвивали золотистые ленты. Галерея для музыкантов тоже была украшена белым, желтым, зеленым, золотым.