– Я пришел сегодня, чтобы выразить вам мое искреннее сочувствие в связи с прискорбной кончиной ваших родителей. Я знаю, вы их очень любили и сейчас скорбите, как положено любой благонравной дочери.
Что он мелет?!
Но Айли как глухая, продолжает его слушать. И я не могу ее осуждать. Я тоже помню тот черный день, когда осталась сиротой. И если бы не мой муж, мой Сашенька… А у Айли никого нет, кроме этого… слизня, который говорит ей слова сожаления, а сам шарит глазами по комнате, останавливаясь то на хрустальных светильниках, то на золоченных рамах картин.
Тошно от него. Хорошо, что граф трагически погиб, а то бы я его сама прикопала где-нибудь в огороде! Грех такое говорить, но вот довёл, честное слово!
А между тем, речь графа становится все цветистее.
- И вот я здесь, дорогая Айли. Я не смог оставить вас одну в столь черный час. Мое сердце бы не выдержало, оно и так едва бьется, представляя, как вам трудно. Вот почувствуйте, - и он кладет ладонь девушки на свою грудь. – Слышите? Оно бьется только для вас и только ради вас.
Я знаю, что сейчас не время, но траур не вечен, поэтому я спешу сказать вам, Айли, что люблю вас. Только вас одну. Уже давно. С нашей первой встречи на балу графа… графа…"
"- Альвевы, - подсказывает Айли.
- Да, на балу графа Альвевы. И теперь, когда вы знаете все о моих чувствах, когда я раскрыт перед вами полностью и совершенно беззащитен, что вы ответите? Станете ли моей женой, дорогая? Знаю, раньше ваши родители были против нашего союза, но сейчас…
- Ох, я даже не знаю, - говорит Айли, потупив взор, но не отбирая руки.
- Прошу, не убивайте меня отказом, - пафосно восклицает граф, а я, не сдержавшись, фыркаю. Боже, ну что за бездарный комедиант!
- Но у меня траур…
- Мы поженимся сразу по окончании. Уверен, вас никто не осудит. Прошу, не заставляйте меня ждать дольше, я не выдержу.
И дернув глупышку на себя, граф впивается поцелуем в ее удивленно раскрытый рот. Фу, гадость!
Просыпаюсь отплевываясь. Однако. Беременных и сильно впечатлительных просим отойти от экранов.
Это же надо, как он ее быстро охомутал?! Не успела толком и о родителях… Кстати о родителях. Выходит, Айли сирота и защитить ее некому. Впрочем, я не удивлена. Почему-то примерно так и думала. Муж слишком уверенно расфыркивал приданое молодой жены. Думаю, чуток бы поостерегся, если бы знал, что может получить по лощенной морде от родственников Айли.
Вздохнув, привычно одеваюсь и выхожу в кухню. Огонь в печи погас.
