У вас не будет проблем с мужем из-за подобных визитов?
- Вот, как раз о нем я и хотела поговорить, - Айли делает шаг в сторону кресла, где сидит герцог, но дальше идти не решается, останавливается. – Я тут недавно узнала кое-что, что меня, прямо скажем, неприятно поразило. И я подумала, что этого просто не может быть. Вы, как благородный лорд…
- Графиня, переходите к сути, будьте добры, - перебивает ее герцог.
- Поймите, я не осуждаю никакие мужские забавы. Кто-то любит выпить и кутить с утра до ночи. Кто-то – посещать хм… дома терпимости или заводить молодых зазноб среди служанок…
После каждого слова Айли, брови герцога поднимаются все выше и выше, грозясь переползти на подголовник кресла, в котором тот сидит.
Вот это девушка дает! Между тем, графиня не обращает внимание на лицо собеседника по той простой причине, что не смотрит на него категорически. Она водит взглядом по чему угодно, кроме герцога. Ей интересны его сапоги, ковер, потухший камин за его плечом, книжный шкаф. Что угодно, кроме, собственно, хозяина дома.
- А кто-то азартен иногда в меру, а иногда нет, - договаривает Айли.
- Да, я наслышан о вашем муже, - кивает ее собеседник.
- Я сейчас не о нем пришла говорить, - отрезает барышня, в упор не замечая, что герцог остался сидеть без бровей, они благополучно покинули его лоб и поднялись уже куда-то на каминную полку, позади кресла. – Я знаю, что не так давно вы имели удовольствие играть в одном клубе с моим мужем.
- Да, было дело, - подтверждает герцог, один решительным движением возвращая брови на свое лицо, привычно сведя их к переносице.
- И я знаю, что он проиграл вам все мои драгоценности, - продолжает Айли, все так же не глядя в лицо собеседнику, иначе бы увидела, как яростно сверкнули серебристой молнией светлые глаза мужчины. – Я понимаю, это игра, долг и прочее. У мужчин есть свои забавы, да…
- Вы повторяетесь, - перебивает ее герцог, так сжимая челюсти, что мне становится боязно, а вот Айли – нет, потому что она продолжает нести чушь.
- Да, возможно, простите.
Я, собственно, что хотела сказать… Эти драгоценности… это мои родовые камни. Они имеют для меня не столько материальную ценность…
- У меня нет ваших драгоценностей, - отрезает герцог, наконец, потерявший терпение.
- Как нет? – Айли открывает в удивлении рот и, наконец-то, впервые за весь разговор, смотрит на мужчину. – Они у вас, я знаю! Прошу, отдайте их мне. Умоляю!
- Повторяю. У меня их нет! – герцог встает, не желая продолжать разговор.
