- Хорошо, - ответил на ее тирады. – Раз вы согласны на любые условия, то раздевайтесь.
Мне действительно было интересно, как далеко она зайдет? Мои пальцы все еще хранили ощущение ее нежной кожи, которой я коснулся тогда, при нашей первой встрече, на балконе. Айли была тогда так прекрасна и юна. Я захотел ее сразу, едва увидел. Тонкий стан, белая кожа, пухлые губки, которые будет так приятно целовать. А потом она открыла рот. И желание целовать девушку поубавилось. Сильно. А затем она упала в обморок.
Я долго размышлял, чем она меня так привлекла, что я даже подумывал просить ее руки? Когда началось мое глупое увлечение этой пустышкой? И понял, что вот именно тогда.
В тот момент, когда она перестала дышать и я, склонившись над хрупким телом девушки, голыми руками рвал ее корсет, чтобы дать Айли возможность вдохнуть спасительный воздух. Именно тогда, касаясь нежной кожи ее груди, всматриваясь в ее лицо, возвращая к жизни, я и попался.
- Что, простите? – переспрашивает она.
И выглядит при этом такой… не знаю даже, как описать… невинной? Смешно, потому что она не выглядела такой ни разу, ни в одну из наших встреч.
И меня почему-то это злит. Отхлебнув щедрую порцию спиртного, уверен я потом об этом пожалею, цежу сквозь зубы:
- Раздевайтесь, говорю. Что вы на меня смотрите, словно девица перед первой брачной ночью? Вы же были замужем, насколько я помню.
Только когда сказал, понял, ЧТО меня злит в ней и этой ситуации. Она была замужем! Другой касался и ее нежной кожи, и этих губ. Вот сейчас, почему-то резко и внезапно мне стало до этого дело.
Мягко говоря, удивился. Я знал, что она прошла обряд с графом. Отнесся к этому с досадой, но через день и забыл. Еще одна красивая, но пустая кукла нашла себе кошелек на ножках. Так почему именно сейчас всплыли эти странные чувства?!
- Хорошо, как скажете, - отвечает она, и начинает расстегивать платье.
Да что с ней такое?!"
"Я как раз отхлебнул глоток, но увидев кусочек нежной кожи, почувствовал, что напиток пошел не в то горло и подавился, как глупый подросток при виде первой в своей жизни женской груди!
- Платье полностью снимать, или достаточно только расстегнуть? – спрашивает, поднимая на меня совершенно невинные глаза.
Вот так вот?! Так далеко зайдет? Для чего все это? Чтобы остаться? У нее все настолько плохо? Нужно будет сказать поверенному, чтобы узнал побольше о делах Айли. Что-то мне не нравится ее сговорчивость!
- Полностью, - отвечаю, предполагая, что она, как обычно, разозлится и сбежит.
