Ледяная ловушка

Вдруг Алиса пошла на следующий сеанс и не встретилась им на дороге?

А Тоник уже уносился вверх, крепко прижимая к груди отцовские лыжи. Понадобятся они ему или нет, он еще не знал.

Редкие лыжники внизу катились плавно по большим полуокружностям: видимо, свежий снег не давал им особенно разгоняться. Да это и опасно. Отец рассказывал, что если с раскатанного склона выскочить на скорости в мягкий снег, то лыжи резко останавливаются, крепления не срабатывают, а ноги ломаются в голени, как спички.

Соскочив с кресла, Тоник направился было к кафе «Ай», но вдруг заметил около подъемника Бориса.

Натянув до самых глаз спортивную шапочку, он топтался неподалеку, словно кого-то ждал.

— Борис, — позвал его Тоник, — вы Алису не видели?

— Видел, — ответил тот сразу, — она поехала наверх.

Тоник сразу развернулся обратно и, только усевшись в кресло, подумал о том, что не спросил, на лыжах ли была Алиса. Ее мама тоже не посмотрела, на месте ли горнолыжные ботинки дочери. Хотя, иначе, что ей делать наверху? В такую погоду, при ее технике, если кататься, то только там.

На всякий случай он внимательно всматривался в скользящих внизу лыжников, но Алиса среди них не попадалась. Конечно, она должна кататься на бугеле.

Но наверху оказалось, что бугельный подъемник не работал. Чтобы это понять, пришлось подъехать почти к самому обрыву, и теперь Тоник ругал себя за это. Алиса могла в это время проскочить мимо него и начать спуск. Из-за сильного снегопада он мог ее не заметить.

Убедившись, что здесь Алисы точно нет, Тоник стал спускаться, надеясь догнать ее, если она решилась одна на такое рискованное предприятие.

Идти по целине на лыжах оказалось несложно, хоть и тяжелее поворачивать. Можно было скользить по склону без особых усилий. Конечно, Алиса могла бы решиться на спуск, раз это кажется настолько приятным и легким.

Внезапно уклон резко увеличился, носки лыж зарылись в снег, и Тоник полетел, распластавшись, в свежий сугроб. Одна из лыж скатилась метров на десять вниз.

Пока он добрался до нее, видимо, оказался в низине — все вокруг было в сплошном белом тумане. Встав снова на лыжи, он потерял точную ориентацию и повернул значительно правее, чем было нужно, потому что уклон везде казался одинаковым. Теперь он старался сильнее садиться на задники лыж, чтобы кончики всегда торчали из снега. Ему казалось, что он сможет ехать так до самого низа, но совершенно неожиданно перед ним возник пустой провал пропасти.