Ледяная ловушка

А если его сделать выше? Снегу насыпало достаточно, не провалится.

Он пробрался в пещеру, переложил лыжи поближе к выходу и начал расширять свое временное пристанище. Теперь он решил приблизиться вплотную к скале, чтобы обезопасить себя от схода лавины. Снега набралось так много, что она могла стронуться и с этой стороны.

Копать пришлось вслепую, лыжной палкой. Хорошо, что снег еще не слежался. Он крутил палкой в рыхлом снегу, пока не удавалось продвинуться вперед, потом утаптывал освободившееся пространство и начинал все сначала.

Скала была рядом. От нее тянуло холодом. Он даже пожалел, что приблизился вплотную. Но все же, пока работал, он согрелся, и теперь нужно было не останавливаться.

Он решил продолжать копать дальше. Вдоль скалы, чтобы не свалиться ненароком в пропасть. Лучше всего было работать в определенном ритме. Под песню или под стихи. Сами собой в голову приходили строчки любимого папиного поэта — Арсения Тарковского.

Дальше Тоник помнил плохо и поэтому повторял эти строки снова и снова, как молитву, как заклинание.

Как ни странно, он стал чувствовать его по-настоящему только после того, как научился проникать в картины Гогена. Отец как-то посадил его в музее перед картиной «Сбор плодов» и сказал, что желтые пятна внизу — это свет солнца, и пока он не почувствует, какой жаркий день вокруг собирающих плоды людей, дальше они не пойдут.

Он сидел тогда перед картиной минут сорок. А потом каким-то чудом словно оказался внутри изображения. Это потрясло его. Он увидел мир таким, каким его видел художник. А это был невероятный мир. После этого для него открылся Ван Гог и много других художников. Любимыми становились те из них, в чьем мире ему было хорошо. У Николая Рериха на полотнах горы словно дышали, у каждой был свой характер, свое отношение к миру, а сейчас Тоник сам был частью жизни таких же гор.

Он чувствовал себя червячком, вгрызающимся в яблоко. Правда, червячок свое яблоко заодно поедает, а он может есть только снег. Скорее он крот, но и крот находит в земле что-то съедобное. А у него есть половинка шоколадки. Она принадлежит Алисе. Но ведь Алисе он сможет потом купить десяток таких шоколадок. Если, конечно, отсюда выберется. А если не выберется, то она все равно не получит свою шоколадку. Надо ее съесть.

Тоник выбрался на свежий воздух для ужина.