Ледяное озеро

У вас неприятности? Вы пострадали?

— О, простите, я не хотела быть невежливой. Нет, я не пострадала, просто тот человек, чернорубашечник… Видите ли, я еврейка, иностранка, и не ожидала… здесь…

Ее рука, когда она пыталась вставить ключ в замок, дрожала.

— Позвольте мне. — Тина забрала у Лидии ключ. Она повернула его, дверь открылась, и Лидия ввалилась внутрь. Американка последовала за ней. — Вам нужно выпить чего-нибудь горячего, — сказала Тина. — Горячего и сладкого. Здесь фотостудия, вы фотограф?

— Нет-нет, я снимаю комнату наверху.

— Вы доберетесь сами до своей комнаты?

Лидии не хотелось, чтобы эта странная женщина входила в ее жилище. Но она чувствовала слабость в ногах и не была уверена, что сумеет без посторонней помощи одолеть ступеньки. Лидия досадовала на себя: ведь до нее никто даже не дотронулся, она не попала в аварию, да и что такого нового сказал ей тот тип? Однако она стоит, вся дрожащая и беспомощная.

Наверху Лидия опустилась на диван — как была, в пальто.

— Если боитесь упасть в обморок, опустите голову и зажмите между коленями, детка.

— Я чувствовала себя здесь в безопасности. Нет, в Лондоне тоже было спокойно…

— Вы еврейка и иностранка, а этого довольно для людей, у которых с головой не в порядке. — Тина протянула ей чашку кофе. — Я не знаю, как вы обычно его пьете, но сейчас вам необходимо выпить с сахаром и молоком. — Она села напротив Лидии. — Я читала об этих чернорубашечниках. У нас в Штатах их нет, по крайней мере там, откуда я приехала. Однако у нас есть свои проблемы, особенно на Юге, где сильна расовая нетерпимость.

Лидия глотала сладкий кофе, благодарная за его тепло и крепость.

— Где именно в Америке? Откуда вы?

— Апельсины, — проговорила Лидия. — Апельсины и солнце…

— Апельсинов уйма. И солнца тоже.

— Тут вам может показаться холодно. После тамошнего солнца.

— Я выросла на севере Англии. Потом уже уехала в Америку. Впрочем, я привыкаю к холоду, хотя обязательно должна укутываться. У англичан плохо с центральным отоплением.

— Это дом какого-то мужчины?

— Тут живет мужчина? Он ваш любовник?

Лидия уставилась на нее в молчаливом изумлении.

— Не обращайте внимания. Всего лишь обычное любопытство в отношении людей. Я уже давно избавилась от своей английской сдержанности. По тому, как выглядит дом, могу с уверенностью сказать, что в нем живет мужчина.

— Сейчас он не живет. Когда я здесь, это было бы неуместно; у него в этих местах родные и друзья, они были бы шокированы, назвали бы меня шлюхой.