Ледяное озеро

— Замолчите! — воскликнула Лидия в ответ высоким, срывающимся тоном. Она не должна позволять себе отвечать точно жертва, нельзя терять достоинство. — Это Англия, вы думаете, здешние люди позволят вам так себя вести?

Он бросил презрительный и высокомерный взгляд в оба конца улицы.

— Не вижу никаких людей. Никаких граждан, спешащих со всех ног, чтобы тебя защитить. Кому ты нужна, еврейская сука?

Лидия попятилась. Почему никто не пришел ей на выручку? Разве люди не слышат, что он говорит, не понимают, что он бы с радостью убил ее просто за то, что она существует? Нет, он не может убить ее, даже если бы желал.

Не в той они стране, где можно уничтожить человека и это сойдет тебе с рук только потому, что ты принадлежишь к правящим классам, а твоя жертва — иммигрантка, еврейка. Как бы мало англичане ни любили иностранцев, ничто подобное здесь невозможно.

— Этот человек докучает вам, мисс? — вдруг услышала она.

Лидия едва верила своим ушам. До тех пор пока ее наполненные слезами глаза не остановились на флегматичной фигуре в полицейской форме, шести футов ростом.

Она принадлежала констеблю Огилви.

— Я как раз обедал и услышал какой-то шум… нарушение общественного порядка… решил выйти посмотреть, что происходит. Вы знаете этого джентльмена, мисс? Я имею в виду, он не ваш муж или брат… или приятель?

Лидия покачала головой, теперь уже дрожа не только от шока, но и от облегчения.

— Нет… нет-нет, я совсем его не знаю!

— Я бы хотел перемолвиться с вами словом, сэр, — сказал констебль.

Вытащив из нагрудного кармана блокнот, он зашагал на противоположную сторону улицы.

— С вами все в порядке, милая?

Когда полицейский заговорил с ее обидчиком, Лидия повернулась и с бешено стучащим сердцем бросилась бежать.

Вдоль по улице, за угол и вверх по пологому склону, к дому Эдвина. Услышав за спиной женский голос, она стремительно развернулась.

Это была американка, что любила повязывать голову шалью и носить темные очки. Та, что ходила в брюках, заставляя местных качать головами и пророчить всевозможные несчастья, если здешние молодые женщины когда-нибудь возьмут моду одеваться подобным образом.

Та, которую назвали кинозвездой, американкой в темных очках…

Лицо молодое, глаза за темными очками не подведены. Она улыбнулась, демонстрируя ровные белые зубы. У американцев всегда прекрасные зубы.

— Зовите меня Тина, о'кей? Там что-то сейчас произошло? Я увидела полисмена, а потом вас, бегущую прочь.