Ледяная принцесса

Впрочем, закончилось все быстро — против гвардейцев у них не было ни единого шанса, даже непонятно на что они надеялись. Впрочем, ответ на этот вопрос нашелся быстро, когда Риген подошел к терпеливо ожидающей его Ленайре все то время, когда его люди осматривали тела. Показал ошейник.

— Мерзкая вещь, — поморщился он.

— Что это? — удивился Лешка. — Рабский ошейник?

— Не совсем. Рабский ошейник не дает возможности сражаться. Раб не может в принципе взять в руки ничего магического. Это же… такие ошейники испускают определенную энергию, которая… гм… дает счастье.

Человек постоянно пребывает в эйфории. Отключить ошейник для них худшее наказание. Ради него они пойдут на что угодно.

— И многие в таких в ошейниках? — Ленайра протянула руку и взяла артефакт.

— Семнадцать тел. Еще трое без ошейников. Сколько сбежало пока непонятно.

Девушка снова кивнула, не отрывая взгляда от ошейника в руке.

— Если получится связать власти с этим, то императору будет не отмыться…"

"— Не думаю, что получится, — после недолгого молчание отозвался Риген.

 — Наверняка следы от них уведут за границу… и я готов поклясться, что так оно и есть. Просто их забрали из какой-нибудь груды не внесенных в реестр конфискованных улик. Такие игрушки частенько перехватываются на границе.

— Последствия?

Риген глянул на Лешку.

— Какие могут быть последствия, если человек постоянно испытывает счастье? Полная атрофия всех чувств. Такие люди кто угодно, но уже не люди. У них нет страха… сами видели, как они вперед лезли. К несчастью думать такие люди не разучиваются, а потому очень опасны.

— Но и долго такие люди тоже не живут, — добавила Ленайра, все еще крутя в руке ошейник. — Страх — это прекрасный сдерживающий фактор от глупых поступков. Когда он уходит… в общем, начинает разные глупости делать. А эйфория толкает делать такие вещи… вот всегда хотелось человеку полетать — иди и прыгни со скалы. Он же летит… пусть недолго. Ни страха, ни чувства самосохранения. Жуткая гадость такие ошейники. А когда чувства уже атрофировались, то снимать ошейник бесполезно — человек уже эмоциональный калека, способный разве что улыбаться.

— И сколько времени занимает такой процесс? — судя по напряженному лицу Борис задал этот вопрос не просто так.

— По разному, — пожал плечами Вариэн. — От пяти до шести лет. Был у нас в деревни один такой. Кстати, эти ошейники нужно заряжать раз в месяц, а делать это — уголовное преступление. Так что либо самому их заряжать, либо искать мага-преступника.