– Ваши дела меня мало волнуют, – отмахнулась мадам Анаит. – Знать ничего не желаю.
– Тогда делайте то, за что я вам плачу, – обиженно буркнул Бестужев.
– В моих силах можешь не сомневаться, Бестужев, я все сделаю. Но знай, некромантия – магия особого толка. Советую трижды подумать, прежде чем пытаться вернуть в наш мир то, что не должно сюда возвращаться.
– Я уже все тщательно обдумал! – отрезал Ипполит Германович. – У нас нет другого выхода. Мне нужна информация, которой владеет только она.
Все участники той давней истории мертвы… И лишь на нее теперь моя последняя надежда.
– Знаешь, почему мало кто пытается возвращать мертвецов, Бестужев? – спросила ведьма. – Потому что зачастую возвращается совсем не тот, кого ты ждешь. А нечто куда более темное… Кто-то страшный, кровожадный, злобный и мстительный.
– Как раз это меня совсем не пугает, – рассмеялся в ответ Ипполит Германович. – При жизни она была той еще тварью, так что хуже уже просто быть не может.
– В таком случае давайте поскорее покончим с этим, – устало проговорила мадам Анаит. – Мое дело маленькое. А вот последствия придется расхлебывать тебе самому."
"И старуха начала свой магический ритуал. Над строительной площадкой зазвучали древние темные заклинания. Многие слова из тех, что произносила колдунья, были Денису знакомы, но он никогда их не использовал. Бо́льшую же часть он слышал впервые в жизни. Вскоре мадам Анаит призвала силу и запечатала внешний круг.
Линии и символы большой пентаграммы начали слегка фосфоресцировать в полумраке.
Затем ведьма воззвала к тьме и попросила о помощи. Но за помощь подобного толка следовало заплатить. Тощий помощник ведьмы Дмитрий приблизился к кругу, вытянул руку. Мадам Анаит извлекла из складок одежды длинный узкий стилет и полоснула его по ладони. На бетон хлынула темная кровь, но Дмитрий даже не дрогнул. Видимо, он делал это не впервые.
Его кровь была принята, нужные символы начали светиться. Мужчина отошел подальше и обмотал руку носовым платком, а мадам Анаит заговорила с теми, кто откликнулся на ее зов.
Обскурум между тремя кругами засиял ярче. От хрустального куба ударил вверх высокий столб красноватого дыма, в котором мерцали золотистые искры. Дым стал расползаться в стороны, и в нем заметались золотые нити, словно щупальца, исследующие все вокруг себя.
