– Потому что прежнее руководство Клуба Калиостро практически извело друг друга своими кознями, предательствами и интригами, – невесело усмехнулась Феофания. Она взяла в руки карты и принялась ловко тасовать колоду. – А все из-за чего? Из-за того, что они полезли туда, куда соваться не следовало. Мечтали овладеть черной магией, достичь могущества и власти! Жалкие глупцы. Видишь, к чему их это привело?
– Все же давай вернемся к Марии Гольданской, – недовольно поджал толстые губы Бестужев. – Она сейчас интересует меня больше всего.
– А почему ты вдруг о ней вспомнил? – поинтересовалась гадалка. – Дамочка была нелюдимая, странная… Но чему тут удивляться? Разве нормальный человек стал бы заниматься этими ужасными фарфоровыми куколками? У меня от одного их вида мурашки по коже бегали.
– Очень многие коллекционируют старинные игрушки.
– К таким, как я, это не относится. Так с чего вдруг такой интерес?
– До меня дошли слухи об этой Гольданской… И теперь ее личность сильно меня интересует, – признался Бестужев.
– Поговаривают, она обладала удивительными способностями. Даже проходила сквозь зеркала…
Феофания едва не выронила карты. Заметив это, Ипполит Германович едва заметно улыбнулся.
– Ты будто и не удивлена? – вкрадчиво спросил он.
– Я уже давно привыкла ничему не удивляться, – отрезала гадалка и снова начала тасовать колоду. – В Клубе состояло несколько потомков истинных Первородных. Отпрыски древних родов, действительно владеющих магическими силами. Но с годами, со сменой поколений их силы слабели, пока вовсе не пропали, все об этом знают.
Думаешь, Гольданская сумела обвести всех вокруг пальца?
– Есть кто-то, с кем она близко общалась в Клубе Калиостро, делилась секретами? Кто-то, кто может знать о ней все?
Феофания задумалась.
– Столько времени прошло… Боюсь, все эти люди уже мертвы, – пожала она плечами. – Я помню, Гольданская водила близкую дружбу с той, что именовала себя княгиней Щергиной. Я часто видела их вместе. Пожалуй, Щергина знала ее лучше всех остальных.
Но, увы, с мертвыми не пообщаешься…
– Уверена? – спросил вдруг Ипполит Германович, буравя гадалку пристальным недобрым взглядом.
– Так! С подобными запросами не ко мне! – жестко отрезала Феофания. – Я такими делами больше не занимаюсь! И тебе не советую, Бестужев. Никогда не знаешь, кто может откликнуться на твой призыв…
– Но ты ведь знакома с подобными практиками не понаслышке, – усмехнулся Ипполит Германович.
