Когда Андерс остался один, то понял, что волки побеждают… здания были сильно повреждены, но огонь почти погас.
Возможно, настал момент ускользнуть… сделать последнюю попытку выследить женщину в зеленом. Выяснить, что она знает о Рейне, и почему у нее заколка для волос его сестры. Если он пойдет по своим собственным следам туда, откуда пришел, она может быть где-то на этом пути.
В ушах у него звенел голос Сигрид, ее слова из той ночи, когда он прибыл в Ульфар:
— Бежать один раз — это понятно. Во второй раз я бы не проявила такого сочувствия.
Если он побежит и не успеет вовремя вернуться в Ульфар, что тогда будет?
Он не знал, и ему казалось неправильным покидать стаю, но он должен был попытаться.
Но когда он обернулся, то увидел, что его окружает дюжина горожан. Он был единственным волком в человеческом обличье, и все они смотрели на него, ожидая, что он скажет что-нибудь.
— Наш дом, — закричала женщина, а девочка принялась раскачивать ее взад-вперед. — Все там, все потеряно!
Губы девушки сжались в жесткую линию, и Андерс видел, что все они изо всех сил стараются не поддаться панике, отчаянию или тому и другому вместе.
— Мне очень жаль, — беспомощно сказал он. — Мы прибыли так быстро, как только могли.
— Мы знаем, — всхлипнула она. — Неужели ничего нельзя сделать? Все, чем мы владели, было внутри. У нас ничего нет. Что же нам теперь делать?
Она смотрела на Андерса, ее слова повисли в воздухе, и Андерс отчаянно хотел знать, что сказать в ответ.
Он знал, каково это — ничего не иметь.
Позади него раздался голос Сигрид.
— Мэрия обеспечит вас всем необходимым.
Андерс повернул голову и увидел, что она снова стоит в человеческом обличье, ее белое лицо было измазано сажей, а безупречные светлые волосы поседели от пепла.
— Мне жаль, что мы опоздали, — сказала она таким нежным голосом, какого он никогда раньше не слышал. — Мы спасем все, что сможем. Возможно, что-то из ваших вещей все еще будет внутри. Это была работа дракона, не сомневайтесь. Это было Драконье пламя.
Она повысила голос, чтобы все в толпе могли услышать, и они собрались поближе.
— Они хотят, чтобы мы их боялись. Но мы не будем их бояться. Ледяные Волки защитят вас!
Толпа зашептала, в этом звуке было что-то наполовину от страха, наполовину от благодарности, большинство из них собрались ближе, некоторые смотрели в небо.
Ее голос снова стал жестким, но в нем слышалась нотка сострадания, к которой Андерс не привык. Сигрид действительно заботилась о людях Холбарда.
