Он уже не раз хотел довериться ей, и теперь он знал, что должен это сделать.
— Я тоже был здесь, чтобы узнать о чаше, — медленно произнес он. — Мне тоже нужно выяснить, где находятся драконы, но не по той причине, по которой это делаешь ты. — Лисабет кивнула, и он заставил себя продолжить. — Она была моей сестрой, — услышал он собственный голос. — Это моя сестра. Дракон, который преобразился в тот день, как и я. Ее зовут Рейна.
Он дрожал, отчаянно боясь, несмотря на все свое доверие, что Лисабет будет выглядеть потрясенной и побежит прямо к Сигрид.
Он был в родстве с драконом.
Но она просто кивнула, как будто это подтверждало то, что она уже решила.
Андерс уставился на нее, пытаясь осознать тот факт, что она не выглядела удивленной.
— Она знала об этом не больше, чем я, — сказал он. — Она не предана драконам. Она не собиралась превращаться на помосте, и она не собиралась делать это во второй раз на улице. Она не хочет участвовать ни в какой битве, и она не хочет убивать волков. Она хочет убежать от них, и я — ее единственная надежда выбраться отсюда.
Боюсь, она нужна им для жертвоприношения в день равноденствия, а у меня мало времени.
— Стая и лапы, равноденствие уже близко, — прошептала Лисабет, бледная под своими веснушками.
— А чаша может указывать туда, где сейчас находится Дрекхельм, — сказал он. — Если исследования Хейна верны, она все еще может сработать. Это был бы мой лучший шанс найти ее. Ты должна мне поверить, Лисабет. Она не такая, как они говорят."
"— Да, — медленно ответила Лисабет.
— Это согласуется со всем, что меня интересует. Ты мой друг, Андерс, и я тебе доверяю.
Андерс молча смотрел на нее. Он вырос с набором простых правил — ты делаешь что-то для меня, я делаю что-то для тебя. Лисабет знала его всего несколько недель, но с другой стороны, она выросла в большей безопасности, чем он когда-либо был.
— Если ты ручаешься за Рейну, — сказала она, — тогда я готова тебе поверить.
— Вот так просто? — тихо спросил он.
— Вот так просто, — согласилась она. — Я бы поверила тебе, потому что ты мой друг, но это просто складывается.
Подумай о том, что Хейн говорил на днях — что есть правила, по которым драконы и волки делят семью. Вот мой вопрос: если драконы так ужасны, почему вообще существует правило? Зачем волку вообще думать о том, чтобы влюбиться в дракона? Я думаю, это просто еще одно доказательство того, что мы когда-то ладили.
У Андерса закружилась голова.
— Ты действительно думаешь, что такое возможно? — спросил он.
