На моё счастье тот выдержал, укреплённый снизу металлическими пластинами, а Алёхин всё-таки вскочив на ноги, похлопал себя по карманам и закурил, напряжённо остановившись у открытого окна. Харлей же даже вставать не стал, затянувшись сигаретой и глядя куда-то в потолок. После чего хрипло, каркающе выдохнул:
- Ещё раз, млять, извинишься, поступлю как с Зайчулей – перекину через колено и отшлёпаю нахрен. Удумала она тут, извинениями сыпать… Млять, Эльза, я тебя предупредил! Так что не искушай и не «извинякай» мне тут!
- Обороты сбавь, - появившаяся, как чёрт из табакерки, Харон, показала рыжему байкеру кулак и отобрала сигарету.
Что бы сунуть вместо неё стакан с какой-то настойкой, судя по сильному травяному запаху. – Я понимаю, что душа требует спирт, кровь и насилие, в огромном количестве. Но поимей совесть, проникнись моментом, выпей лекарство и оцени, что эта отмороженная напрочь личность впервые за десять лет кому-то рассказала о случившемся.
Будете на неё так смотреть, она вам не только ещё раз извинения принесёт, но и в организации сатанинского культа сознается, лишь бы вам полегчало.
- Харон, - я вздохнула и потёрла лоб, продолжая вытаскивать оставшиеся в ранках осколки и то и дело промокая кровоточившие порезы ватой. – Хватит.
- Учитывая, что я действительно могу сказать обо всей ситуации в целом, - Женька обошла столик, оккупированный мною, и повторила тот же трюк с Михаилом, отобрав сигарету и насильно сунув чуть ли не в рот точно так же стакан настойки.
– Я ещё просто-таки образец белой, пушистый и очень послушной личности. И не сверлите меня взглядом, мил человек, я не проникнусь. Моя нервная система пережила двоих начальников, троих заведующих и пять сменщиков, двое из которых спились, один ушёл от греха подальше, а ещё два получили самый натуральный нервный срыв, не выдержав суровых будней нашей милой профессии. Поверь мне, красавец, я видела покорёженные и обгоревшие тела, пострадавшие в авариях, зверски замученных маленьких детей и забитых насмерть беременных женщин.
Так что меня твои гневные взгляды не смогут не то, что бы впечатлить… - тут Женька хмыкнула, вновь скрестив руки на груди. – Они у меня даже тени лёгкого испуга не вызовут!
Я тихо вздохнула, не влезая в эту тираду и не пытаясь остановить подругу. Во-первых, потому что это было бессмысленно.
