Отложив документы в сторону, я потёрла глаза, стащив очки с носа. И потянулась, разминая затёкшие плечи. А когда едва не вывихнула челюсть в зевке, поднялась и стала собираться домой, намереваясь добраться до ближайшей горизонтальной поверхности и оккупировать её дня на два минимум.
К сожалению, моя наивность проявилась и на этот раз, когда спускаясь со второго этажа, я столкнулась с дежурившим у лестницы Верещагиным. Олег о чём-то весело беседовал с симпатичной, почти раздетой девочкой. Но заметив меня, извинился, попрощался и пошёл следом, догнав и перегнав почти у самого выхода.
- Олег Геннадьевич, а давайте вы вернётесь к своей даме сердца и дадите мне спокойно уйти домой? – устало вздохнула, размышляя, вызвать такси или же позвонить Венику и, пригрозив ему карами небесными, попросить забрать меня отсюда.
- Пять минут, - Олег широко улыбнулся, открывая дверь и пропуская меня вперёд. После чего обогнал и, встав у меня на пути, тихо позвал. – Ледышка моя, посмотри на меня!
- Верещагин, я всё никак в толк не возьму, когда я твоей стать успела-то? – у меня даже ругаться сил не было, поэтому я безропотно посмотрела на довольное, пусть и задумчивое лицо рокера, гадая, чего ему опять от меня надо.
- А ты всегда ею была, - тихо откликнулся Олег и, недолго думая, крепко меня поцеловал.
От неожиданности я даже пискнуть не успела, широко распахнув глаза и совершенно точно не понимая, что происходит. А ещё начиная понемногу злиться на такое бесцеремонное к себе отношение…
И на то, что от его прикосновений мне не хотелось ни отстраниться, ни сопротивляться им, ни тем более прерывать такой внезапный поцелуй.
За это я начинала его уже почти ненавидеть.
Зло выдохнув, ударила кулаком в живот. Точнее попыталась. Мою руку легко перехватили и поцелуй, начавшийся без каких-либо причин, так же и закончился. Рокер отстранился, окинул меня ласковым и чуть насмешливым взглядом и кивнул головой кому-то за моей спиной:
- Максим тебя до дома довезёт. До завтра… Ледышка!
И, щёлкнув меня по носу, этот вконец обнаглевший тип просто… Ушёл Оставив меня наедине с собственными мыслями, чувствами и странным, парадоксальным желанием применить кактус Федю совсем не по назначению.
Останавливало только то, что это был подарок, и мне его было искренне жаль, в отличие от начальника службы безопасности….
Свистящий чайник вывел меня из задумчивости. Заварив чай, я уселась на табурет, подобрав под себя ноги, и пригубила горячего, несладкого напитка. Злость постепенно улеглась.
