Легенда о слезах двух Лун

Альвиан медленно снял маску и демонстративно положил её на стол. Никто из присутствующих не узнал высшего, как и Владислав не узнал Бедржиха. На его лице были одни растрёпанные клочки кожи, которые ещё даже не начали заживать. Через некоторые раны можно было увидеть мясо. Присутствующие заохали и заахали от увиденного. Все, кто знал, что под маской должно быть чистое, идеальное лицо Альвиана, переглядывались.

–Что ж, – Альвиан потянулся опять за маской, – Я не думаю, что вам приятно смотреть на такое, поэтому просто посижу в вашей компании.

–Что с тобой стало, Бедржих? – явно растрогался Владислав.

–После того восстания на площади в Праге, меня поймал освободившийся лидер вместе с некоторыми своими людьми, – врал на ходу высший, – И заточил в подвале дома за Прагой, где пытал за своих потерянных близких друзей. Когда главнокомандующий Константин выследил их, нашли и меня. Отакар оставил меня у себя в замке, пока моё состояние не станет лучше. Сейчас я уже более-менее в порядке и хотел увидеть тебя.

Было видно по лицу Владислава, что тот поражён и сожалеет о том, что его не было там. Что это не он нашёл брата в таком ужасном положении и состоянии. Если бы он был там! Ненависть к Отакару объединила этих двух братьев сильнее, чем могло бы казаться. Особенно сильную привязанность ощущал Владислав и видеть своего близкого человека в таком состоянии – больно и унизительно для самого себя. Маркграф не мог ничего сказать и выскочил из столовой. Отакар не обернулся на брата. Ему стало жаль его.

После плотного ужина в напряжённой обстановке, король Отакар распустил всех своих людей, оставив только жену с сыном и высших. Они направились в покои, которые брат выделил Отакару. Как оказалось, здесь Владислав смог угодить брату. Всё сияло от чистоты, а этот запах горящей древесины согревал всё внутри гостей в замке Леднице. За маленьким окном уже темнело, поэтому король Чехии приказал слугам Владислава зажечь свечи.

Мари осматривала покои и не понимала, почему здесь ей так некомфортно. По спине кто-то неприятно проводил фантомными когтями, оставляющими обжигающие раны. Альвиан чувствовал тоже самое и старался обыскать каждый камень и пространство между ними в поисках невидимого недоброжелательного зверя. Отакар сиял от радости.