Легенда о слезах двух Лун

Высший встречал множество девушек и даже женщин, которые старались скрывать свои чувства, тем самым закрываясь от окружающих. Альвиану это не нравилось, хотя такие же качества он видел и в себе. Он не любил откровенничать с первыми встречными людьми, не любил эти воображаемые стены между ними. Но между ним и Мари этой самой стены не было. Как это могло не растрогать?

–Почему ты решил украсть эту книгу у отца? – неожиданно спросил Вацлав, – С чего ты взял, что сможешь перевести её?

Родители Вацлава осуждающе посмотрели на своего сына.

Альвиана не удивил это вопрос. Сын Отакара уже весь ужин думал над этим вопросом.

–Она звала меня, – ответил Альвиан и сделал ещё один глоток пива, – Или она, или кристалл. Но я точно знал, что это моя обязанность – владеть этими предметами. Я не хотел КРАСТЬ. С появлением новости о книге и кристалле я сразу же просил аудиенцию у короля, но он был так занят объединением Чехии, что не мог уделить мне достаточно внимания.

–И ты решил, что имеешь право проникать на королевскую собственность? – не унимался Вацлав.

–Да. Имею. Это привело к тому, что ваш отец с моей помощью может подарить Чехии процветание. А вас, как политическую личность, это должно волновать в первую очередь.

–Из-за тебя и твоей беловолосой собачки меня стали высмеивать мои же слуги! – вспылил парень и ударил по столу, – Ты появился из неоткуда и сразу встал по правую руку от моего отца, хотя там было моё место! Я не идеальный, как ты, но я хотя бы настоящий человек!

Мари заметила изменившийся взгляд Альвиана, как только Вацлав назвал её «беловолосой собачкой».

Перед его голубыми глазами появилась, заметная только ей, пелена, которая сразу превращала высшего в неживую куклу. Грубые руки Альвиана слегка подёргивались. Мари положила свою ладонь на его и отрицательно покачала головой, останавливая его от ненужных и опрометчивых действий. Высший не мог оставить это просто так.

Рука Вацлава оказалась возле его лица. Он смотрел на неё, как на чужую. Ведь именно так она и ощущалась.

В следующую секунду рука ударила по шелушившемуся лицу парня, оставив чёткий красный след. Не успел Вацлав прийти в себя, как удар уже пришёлся на его вторую щёку. И так продолжалось пока Отакар не произнёс:

Он не кричал, а спокойно приказал Альвиану успокоится. Высший послушно расслабился и прекратил издевательство над обиженным Вацлавом, который не стал ждать последствий и выбежал из покоев. Констанция сразу же побежала за ним.