Только баба Аня шиковала! И она у меня хорошо отоваривалась: сыр, творог, йогурты, сигареты, газеты выписывала, тоже нынче не дешево, а вот конфеты не ела, говорила:
– Я ими в молодости объелась, даже смотреть на шоколад не могу.
– Значит, вы зря переживаете, – поддержала я бессмысленный разговор, – старушке еще понадобится курево.
– Умерла Королькова, – мрачно сказала блондинка, – вчера преставилась. Все под богом ходим, суетимся, щеки надуваем и… хлоп! Конец! Уж какая баба Аня рукодельница была! Картины вышивала…
– Королькова? – подпрыгнула я.
– Баба Аня? Она курила «Житан»?
– Паровозом дымила, – подтвердила продавщица, – поэтому я блоком и запаслась. А кому он теперь нужен? Возьмете?
– Давайте, – я решила задобрить блондинку, – а где изба Корольковой?
– На отшибе, – махнула рукой продавщица, – деревню пересечь надо, за старый коровник завернуть и к речке чуток спуститься, там и увидите дом.
Глава 17
Я совсем не боюсь собак, поэтому без всякой опаски вошла во двор и поднялась на крылечко.
Дверь оказалась незапертой, я заглянула в сени и закричала:
– Есть кто-нибудь?
– Заходите, – донеслось в ответ, – я в спальне.
Миновав террасу, большую комнату и узкий коридорчик, я очутилась в небольшой светелке, почти все пространство которой занимала громоздкая кровать и здоровенный трехстворчатый гардероб с мутным зеркалом. Возле его раскрытых дверок стояла субтильная пожилая женщина, похожая на встрепанного воробья.
– Приехала! – всплеснула она руками.
– Вот хорошо-то! Адреса я не нашла, и телефона тоже, посеяла бумажку, голова садовая! Положила к важным вещам и шмырк! Пропала! Я прямо вся издергалась! А ты почуяла! Ох, недаром говорят: между матерью и дочкой связь никогда не рвется, тянется ниточка, пока они живы! Я Вера Сергеевна, но ты зови меня бабой Верой. Мы с твоей мамой дружили, вместе вышивали! Как я рада, что ты приехала. Гора с плеч. Теперь есть кому заниматься и похоронами, и поминками. Тело Ани в больничный морг увезли.
Я попыталась раскрыть рот, но баба Вера не дала мне издать и звука, она трещала как обезумевшая сорока.
– Когда Аня сюда переехала, я к ней сразу заглянула, чтобы предупредить: надо газовую трубу на кухне поменять. Она в аварийном состоянии, хорошо, на воздух прежний хозяин не взлетел. Я, конечно, при торге не присутствовала, но уж так рассудила: если от домушки избавиться решили, навряд ли обо всех плохих местах рассказали.
