Легионеры

Очередной охранник, сидя без дела, даже не напрягся, когда Петрович своим ключом открыл дверь и отошел в сторону, давая дорогу совсем незнакомому человеку…

62

На свиданку со своим приятелем Левон Автандилов всегда приезжал во время ужина. Начальство тюрьмы к этому часу разъезжалось, а знакомый дежурный помощник начальника следственного изолятора выводил кореша когда в комнату для свиданий, а когда разрешал уединиться в камере для допросов. Хорошо – никто не мешает, вполуха не прислушивается, время почти неограниченное, за спиной не сопят в две дырки очередные, буквально жаждущие поговорить по телефону и насладиться видом арестованного через толстое оргстекло.

Сегодня он припас для приятеля бутылку коньяка, закуску, хороших сигарет. Посидят, выпьют, поворкуют о делах на воле и в заточении.

Левон глянул на часы: начало девятого. Вот-вот должен выйти к нему ДПНСИ.

Похоже, сегодня не один он блатной в этом вопросе: напротив КПП на маленькой парковочной площадке стояли еще три легковушки. За рулем «десятки» насыщенного зеленого цвета сидит классная телка.

Левон, которого в определенных кругах называли Людвигом, и сигналил ей, и махал рукой, наполовину опустив боковое стекло своего «БМВ». Бесполезно, сидит и смотрит прямо на дверь тюрьмы, словно та манит ее к себе. А самому вылезать из машины неохота – он первым проявил инициативу, теперь дело за подругой. Не хочет, как хочет.

Людвиг, отклонившись в сторону, посмотрел на свое отражение в панорамном зеркальце, взъерошил короткие волосы, поправил золотую цепь под расстегнутой рубашкой.

Он еще помнил те времена, когда, отбоксировав свое, устроился на работу в приемный пункт стеклотары, после – в пивную. И сколько ни уговаривали его друзья по клубу, так и не возглавил ни одну спортивную бригаду. Завел свой бизнес – никто не трогает, сам тронет кого хочешь, с одноклубниками по сей день связан деловыми отношениями. Так, держит под рукой пару молодых ребят – время такое, что порой кое-кто ходит и выпрашивает.

А в приемке хорошо работалось, вспоминал он, весело, клиентов дурил как хотел, часто просто ради забавы.

Постелет на пол под прилавком телогрейку и вертит бутылки, проверяя их на брак; только клиент нагнется за очередной бутылкой, Людвиг бросает ту, что в руках, на телогрейку (падает совершенно бесшумно), берет следующую. Клиент после хлопает глазами: как же так, вроде ровно двадцать штук приносил. А Людвиг ему: «Мужик, я не знаю, сколько у тебя дома было, но донес ты ровно семнадцать штук».