Ублюдок во мне отметил пышную грудь, едва прикрытую двумя треугольничками розовой ткани, и изгибы киски, едва виднеющиеся под этим кусочком материи. Или я себе это нафантазировал? Член снова дернулся в брюках. Моника окинула меня взглядом и, выразительно взглянув на очевидную выпуклость южнее талии, неодобрительно фыркнула.
Это заставило меня прийти в себя. Она отвернулась и пошла к шезлонгам. Я поправил стояк и, крепче вцепившись в ручки спортивной сумки, зашел на задний двор. Там было пусто. Моника была одна.
Она танцевала, находясь во дворе в одиночстве? Черт возьми, эта женщина не переставала удивлять. Моника грациозно расположилась на шезлонге и демонстративно открыла книгу.
— Привет, Мо, — мягко поприветствовал я. — Она дернула плечом, видимо, в надежде стряхнуть меня, как назойливую муху. — Где Джордж с Роуз?
Она скривила пухлые губки.
— Трахаются.
— Ладно, — протянул я. — Пойду в свою комнату.
— Она уже не твоя, — ответила она, не поднимая взгляда от книги.
Я обратил внимание, что книга перевернута вверх ногами, и это меня позабавило.
Она определенно злилась на меня. Но стадию ненависти, похоже, уже прошла. Теперь она пытается меня игнорировать, но ей это плохо дается.
— В каком смысле — не моя?
— Теперь в ней живу я.
— Почему?
— Потому что в ней кровать больше.
— Логично, что мне нужно больше места для сна, Грейнджер, — рыкнул я, разозлившись. — Ты видела кровать во второй спальне? Она крохотная.
— Ага. Видела. Я поспала на ней первую ночь и мне там не понравилось.
— А как ты предлагаешь спать на ней мне?
— Сидя, Стайлз. Спи сидя, — невозмутимо ответила девушка.
У меня в голове крутилось еще очень много слов, но я решил, что овчинка выделки не стоит. Мы все равно не придем к соглашению.
— Да пошло все, — пробурчал я. В два шага преодолев расстояние между нами, я выдернул книгу из рук девушки и, резко ее перевернув, вернул на место. Она даже возмутиться не успела, как я влетел в дом.
Хлопнув дверью во вторую гостевую комнату, я бросил сумку на пол и посмотрел на кровать.
Для такой крошки, как Роуз или Моника, кровать, возможно, была бы нормальной. Но я лежал на ней и знаю, что у меня даже стопы не помещаются. Если лечь в позу эмбриона, свисают колени. В общем, не лежбище, а сплошное наказание.
— Блять! — выдохнул я.
Подойдя к окну, я опустил взгляд на внутренний двор.
