Мы громко смеялись над рассказом Эли о том, как во время их медового месяца она лежала в постели в гостиничном номере обнажённой и ждала возвращения мужа из магазина, расположенного в лобби. Пока он покупал взбитые сливки, консьерж перепутал электронный ключ и выдал пожилой паре из Германии ключ от номера Эли и Роба. Она так живописно описывала состояние старичков, которые застали прикованную к кровати обнажённую девушку, что мы просто рыдали от смеха. Потом она поведала о том, как, стоя в дверном проёме с банкой сливок, Роб пытался не говорящим на английском людям объяснить, что это игра, а не издевательство, и что полицию вызывать совсем не обязательно.
При этом дверь в номер оставалась открытой, а кровать находилось прямо напротив входа. На вопрос, почему Роб не завёл этих людей в номер и не объяснил всё на месте, Эли пояснила, что они боялись заходить, потому что её муж мог оказаться маньяком. И боялись оставить Эли одну в комнате на случай, если он говорит неправду.
— О боже, маньяк со взбитыми сливками! — едва дыша от смеха, повторила я.
— У нас нет такого коктейля, но ради тебя, сладкая, я его придумаю.
Я повернула голову и уставилась на симпатичного бармена, который подмигнул мне. Я ответила улыбкой.
— Спасибо, милый. Я воздержусь.
— Что ж, если надумаешь, я приготовлю его за счёт заведения.
Он снова сверкнул широкой улыбкой, открывающей ряд ровных белоснежных зубов и демонстрирующей ямочку на его мальчишеском лице.
— Буду иметь в виду, — отозвалась я.
— Эй, ты чего? — Роуз погладила меня по спине, привлекая к себе внимание.
Я пожала плечами, пытаясь показать подруге, что это какой-то незначительный момент, и широко улыбнулась. Роуз в ответ неуверенно кивнула, но не стала допрашивать меня.
Ещё через час в баре мы были пьяны и веселы. Никто не хотел возвращаться домой. Но бар вскоре должен был закрываться, поэтому мы купили ещё бутылку текилы и на заплетающихся ногах, в обнимку пошли к дому Роуз и Муна. Держа в руках туфли, мы шли по песку и во всё горло исполняли собственную версию топ-20 песен текущего года.
А, нет, мы ещё прихватили парочку из прошлого.
Ввалившись на задний двор дома моей подруги, мы застали там идиллическую картину: мужчины лежали на шезлонгах и потягивали пиво. Самый большой хохот за вечер у нас вызвал пьяный вдрызг Джордж, на джинсы которого были натянуты трусы, а на шею был повязан розовый плащ с надписью «Супержених». Они были так же пьяны, но до нашего состояния им бы понадобилась ещё бутылочка текилы.
