– Сейчас открыты буфеты на третьем и седьмом этажах, – ответила дама и отвернулась, давая понять, что разговор окончен.
– Саша, – окликнула Лена водителя, который все это время сидел в кресле и листал журналы, – ты позавтракаешь с нами?
– Да, – кивнул он и встал, – спасибо. С удовольствием.
В буфете на третьем этаже было пусто. Саша взял себе огромную яичницу с ветчиной и сосиски с горошком. Лена и Майкл – по овощному салату и по порции сметаны.
– А вот кофе пойдем пить ко мне в номер, – сказала Лена, – здесь, по-моему, обычная жидкая бурда.
– Как насчет психдиспансера? – тихо спросил Саша, отправляя в рот сразу половину сосиски."
"– Знаешь, я подумала, там со мной никто не станет разговаривать. Ну покажу я свою пресс-карту и удостоверение. И пошлют они меня куда подальше, сейчас ведь не любят журналистов. Вот была бы я сотрудником ФСБ или МВД, тогда другой разговор.
– Тебе это очень надо? – улыбнулся Саша.
– А что?
– Ну, тот маньяк, который орудовал в наших местах в начале восьмидесятых, он что, какой-то особенный? Сейчас ведь столько всего про маньяков печатается, при желании можно узнать все подробности и про Чикатило, и про Головкина.
– Так о них и писать нет смысла. И фильмы есть, и книги. А ваш, сибирский, почти никому не известен. И потом, меня волнует не конкретно он, а психология, судьба… Знаешь, ведь расстреливают тех, кого признают вменяемыми. А как вменяемый человек может убить шестерых девочек в возрасте от четырнадцати до восемнадцати?
– Ты что, считаешь, что не надо было его расстреливать? – Саша тщательно вытер тарелку хлебной коркой и отправил корку в рот.
– Или ты думаешь, что не того расстреляли? – добавил он совсем тихо.
– Я думаю, – так же тихо ответила Лена, – что для начала надо разобраться, кто и зачем шарил вчера в наших сумках. И свистнул банку английского талька у Майкла.
– Ты обещала, что кофе мы будем пить в твоем номере, – напомнил Саша, внимательно глядя ей в глаза.
– Да, – кивнула Лена, вставая, – пошли. Для тебя у меня есть земляничный «Пиквик», – обратилась она к Майклу по-английски, – ты ведь кофе не пьешь по утрам.
Кофе пришлось варить трижды. Саша пил его стаканами, к каждому стакану добавлял еще по два куска сахару.
– За сердце не боишься? – спросила Лена, отхлебывая из своей маленькой чашечки.
– Ну не пить же мне из такого наперстка! – усмехнулся Саша. – К тому же кофе у тебя потрясающий, а на сердце я пока не жалуюсь. Так как насчет психдиспансера?
– Сегодня все равно уже не получится.
