"Пролог.
На этой улице слишком тихо. Темно, неуютно, мрачно под светом жёлтых фонарей. И страшно. От собственного громкого дыхания, от слишком звонкого цокота каблуков, от того, что я знаю, что они где-то там, сзади. И они не отстанут.
Припускаю шаг почти на бег, стараясь меньше клацать каблуками об асфальт. Прижимаю сумочку плотнее к груди и всё же начинаю бежать. Успеваю нырнуть в тёмную арку между домами на Рабочий переулок, прежде чем их машина выруливает из-за угла, освещая пустынную улицу фарами.
Асфальт дальше неровный, только ноги переломаю, если побегу.
До дома не так уж и много, но встречи с этими парнями нужно избежать любой ценой. Поэтому я решаю, что вряд ли далеко убегу, только привлеку внимание лишним шумом. А так спрячусь тут в нише на углу за аркой – не должны заметить. И надоумило же меня напялить сегодня каблуки. Дура.
Дура и есть дура. Пришла к нему, приползла за помощью. На что рассчитывала, Карташова? Он давно не твой принц на белом коне. Сама виновата, вертихвостка.
Наломала дров, разбила ему сердце тогда, теперь получи – распишись.
Я совсем отчаялась. Верёвка на шее затянулась донельзя. И я пошла к нему. Котовский – единственный, кто может мне помочь, к кому я вообще могу обратиться в этом городе.
– Игорь, пожалуйста, помоги. Я в безвыходном положении.
Кот проходится по мне равнодушным взглядом, словно морозом обдавая.
– Я буду очень стараться, брать по две смены – всё отработаю. Но мне очень нужны сейчас деньги. Много.
– Сколько? – интересуется, не глядя на меня, будто из чистого любопытства, а не желания помочь.
– Миллион.
Присвистнув, Игорь поднимает брови и смотрит с насмешкой, а я не знаю, куда деть глаза.
– Штат у нас хорошо укомплектован, Маша, в твоих дополнительных сменах не нуждаемся. Да и если по чести, ты далеко не самая лучшая официантка. А теперь мне пора.
Он проходит к двери своего кабинета, выпроваживая меня, а я теряюсь. Я так надеялась на его помощь, и если сейчас он меня пошлёт, что уже собственно и произошло, понятия не имею, что буду делать.
Хоть в петлю. Осталось только в неё, потому что жить столько лет в этом аду больше я не могу.
– Игорь, прошу! – хватаю его за рукав рубашки.
Кот тормозит и изумлённо смотрит на меня, перехватывая запястье.
– Пожалуйста! – не могу сдержать навернувшихся слёз. – Я знаю, что ты на меня до сих пор злишься, знаю. Но мне больше не у кого попросить. Я прошу тебя, я буду делать всё, что скажешь, любую работу. Что угодно.
