Лейтенант из будущего. Спецназ ГРУ против бандеровцев

С самого верха, срочно. Лично в руки гражданину Шептицкому.

Служитель неизвестного поповского звания пытался возразить, но грязноватая благородная длань уперлась ему в грудь, отодвинула от входа.

– Веди, гражданин архангел. Мне в вашей обители задерживаться вовсе не уперлось.

Шла товарищ старший сержант за возмущенным проводником и размышляла, что бы такого свежего митрополиту сказануть. Чтобы сразу слушать начал. Обычно не складывалось у Мезиной общение с религиозными функционерами. Да и вообще монастыри стойкое отвращение вызывали.

У кабинета граждане монахи пытались дорогу заступить, но гостья не в том настроении пребывала. Оставив за спиной охающих святых отцов, Катрин вошла и прикрыла тяжелую дверь. Ага, он, Шептицкий. На фото выглядел пободрее. Ну, оно и понятно – болеет.

– Здравия желаю, ваше святое сиятельство. Секретаря извольте отослать погулять. Допуска к разговору у него нет.

– Думаю, не заарештовувати мене пани-солдатив зявилася? – старик-архимандрит сделал знак – секретарь исчез где-то в глубинах покоев.

– Я в звании старшего сержанта, – Катрин закинула облезлую винтовку за плечо. – Весточку вам велено передать. Личную.

– От кого, позвольте спросить? – перешел на русский язык Шептицкий.

Катрин ткнула пальцем в пол, потом в темный потолок:

– Оттуда или оттуда, это уж вы сами решайте. Давайте непосредственно к существу вопроса перейдем. Умрете вы, Роман Иванович, первого ноября сего года. Человек вы нездоровый, но мужественный и прозорливый, и уточнение вас вряд ли напугает.

…Поговорили. Теперь он думать будет. Что-то сделает. Возможно, не то, что нужно, и даже совсем наоборот, но тут разве угадаешь? Прыгнут времена и на новый круг все повернут. Наступает безумное время мира, а уж здешнее, украинское… Гопак одуревший, вечно за собственным беспамятным хвостом гонящийся…

Предупредительно распахнулась дверь резиденции – не держали здесь гостью незваную, избавиться спешили…

На свободе Катрин ускорила шаг.

…Сидели под портиком двое, смотрели на капли дождевые. Грабчак пистолет сжимал, но не особо крепко – слаб парень, потому не слишком его новое знакомство напугало. Но, видать, раскашлялся – у проводницы в руках тряпка запятнанная. Ну, ее-то кровью едва ли напугаешь.

– Привет желтокожим. Вижу, ознакомились, – констатировала Катрин, расстегивая пряжки бронежилета.