Лейтенант из будущего. Спецназ ГРУ против бандеровцев

– Сюрприз слабый, – прошелестела проводница, мерцая янтарными глазами из-под капюшона. – Спешим?

– Сама видишь, – Катрин помогла больному встать.

Отошли в угол двора, старший сержант стремительно разобрала ТТ, зашвырнула затвор в соседний двор, взялась за винтовку… Разлетелся от удара приклад, Катрин, воткнув в щель между камнями, согнула ствол многострадальной трехлинейки.

– Серьезно, – удивилась проводница.

– Да городок такой, шебутной, – им стрелялки лучше не оставлять, мигом дурить начинают, – пояснила отставной сержант, беря под мышку бронежилет.

– Идем, – проводница протянула узкую ладонь едва стоящему на ногах парню. – Страх?

– Не особливо, – Грабчак осторожно взялся за бледную руку.

– Наш человек. Давай, о воздухе тамошнем думай, – посоветовала Катрин…

Опустел угол двора, только щепки расколотого приклада на влажной земле светлели…

…Отсиделся! Повезло. Микола выбрался на улицу, бдительно огляделся. Выстрелов давно не слышно, утихло. И еще не стемнело. Пора к власти обратиться.

Да, долго думал Грабчак, как изловчиться. Получалось, что надежнее к кацапам идти. Комуняки суровы, но и надурить их легче. Вон – уже столкнулся. Поверили, даже не охраняли толком. Правда, под пули чуть не завели. Ну, кацапий ум, он известный. А теперь що ж – Грабчак «оказывал содействие», официальные свидетели тому есть. Потом отсекли пулеметным огнем, заблукал малость. Но сам явился, добровольно. Осудят, конечно. Но много не дадут. Кровь не лил, смалодушничал по молодости лет, служил, как немцы заставили.

Нет, имелись у Миколы серьезные сомнения. Насчет крови и вообще… Вдруг просочится? Но придется рискнуть. Нужно туда, в Цитадель идти. Ужасы про ихнюю контрразведку рассказывают, а на самом деле не до отдельного человека тому СМЕРШу. Бегают, гоняются… Ведь в руках Грабчака держали – даже толком не взглянули.

Иные варианты Микола тоже тщательно рассматривал. К немцам идти? Опасно, далеко, да и опять на фронт попадешь. Поганый германец разве когда жалел украинскую кровь? В лес до своих хлопцев подаваться? Землянки, холод, воши, да опять под пули и облавы ходить? И еще спросят на краивке: как да що с Кнышом вышло? Все время на подозренье останешься – чуть що, мигом пулю в лоб.