Лейтенант из будущего. Спецназ ГРУ против бандеровцев

Опергруппа работает примитивно, практически даже не пытаясь просчитать действия противника, лишь импровизируя и надеясь на слепую удачу. Грубый метод, весьма далекий от профессионализма. И Коваленко, и Попов с Марчуком отнюдь не разыскники. О Катерине и говорить нечего – методика и подход к делу откровенно первобытный. Если говорить мягко…

Вадим попытался опереться подбородком об автомат – вроде легче, бодрит прохладный металл…

В принципе вполне закономерно: первый бой, выброс адреналина, взрыв эмоций, переход на иной психологический уровень – все это чудовищно изматывает человека.

А до боя Вадим видел ров… С фото и кадрами кинохроники этот ужас равнять бессмысленно. Там видишь жуткое, масштабное, но исключение. Здесь – осознаешь будничность. Это твой ров. Ты мог в него лечь, как и в сотни тысяч иных ям, траншей, воронок, кюветов и болотных топей, ставших братскими могилами…

Тела из рва Цитадели вынут еще не скоро. Некогда сейчас. Вокруг полно мин, подвалы крепости набиты взрывчаткой.

Собственно, почему казармы и башни заминировали, но не взорвали, вообще малообъяснимо. Не успели немцы? Схалтурили?

Мысли вновь к близкому ужасу рва вернулись. Через плац пройти, потом левее к эскарпу… Этих людей так и похоронят, безымянными. Часть архивов Stalag 328 сохранилась, найдутся жетоны узников, но кто и где лежит, не выяснят и через семьдесят лет. Собственно, кому нужно выяснять? Живые заняты своими делами. Это только Катерина со своим экзотично-шокирующим мировосприятием обмолвилась, что мертвые не всегда уходят от живых.

…На дремотные суеверия лейтенанта Спирина потянуло. Вадим с ожесточением потер глаза – поплыли радужные круги. Глупо. О живых нужно думать. Стреляют в городе, дребезжит в отдалении что-то немецкое, автоматическое и малокалиберное, но жутко настойчивое. Изредка отвечает ему наша сорокапятка. Кто-то сейчас обтирает от смазки орудийные патроны, кто-то пробирается подвалом или наблюдает с крыши. Честное слово, им даже легче – не нужно таиться, не нужно раздирать себе слипающиеся веки.

А дом с засадой тих и темен. Тут напрямую всего-то с сотню метров. Спят обыватели, измученные страхом, боящиеся даже свечку зажечь, бойцы опергруппы уже догадались, что никто не придет, оставили часового и повалились на пол конспиративной квартиры. Наверное, Коваленко сторожит, мучается. Да, жаль девочку…

Вадим определенно не спал, но по сапогу его двинули абсолютно внезапно.