Периодически к нему подходили какие — то люди, отдавали мешочки с деньгами, а так же записки, и быстро направлялись в сторону чёрного хода, располагавшегося под лестницей. Похоже, что там находился портал. Причём не совсем легальный. Примерно через час поток иссяк. Мужчина неспеша ковырялся в записках, валяющихся на столе и пересчитывал полученные от своих визитёров деньги, ссыпая их в один большой мешок. Интересно, кто он? Для наёмника слишком грузновата фигура, да и движения не похожи на отточенные. Наёмники обычно хорошо владеют всеми своими мышцами.
Хорошие наёмники. Потому что плохие долго не живут. А этому мужчине было уже лет пятьдесят навскидку. Посредник? Может быть, но сомнительно. Иначе не ссыпал бы абсолютно все деньги в один мешок. Посредники обычно «снимают свой процент», а остальное отдают исполнителю. В общем, загадочная персона. Несколько раз он бросал в мою сторону заинтересованный взгляд, но, поняв, что с ужином я буду расправляться ещё долго, перестал обращать внимание. Есть у меня старая привычка: если не в походе, то ем неторопливо.
Ненавижу есть на бегу. Лучше остаться голодной, чем покидать в себя наскоро. Да, старые аристократические замашки порой дают о себе знать.
Неожиданно моё внимание привлекли две дрожащие полусогнутые фигурки, подошедшие к странному постояльцу. Дети? Подростки? Или просто невысокого роста? Не прекращая ковыряться в рагу, я внутренне напряглась. Если действительно дети, то не время и не место им здесь. Один из этих двоих стянул мокрую шапку, с которой ручьём лила вода, и, понурив рыжую голову, стал что-то быстро говорить, придерживая второго за плечи.
Зазвенели монеты в мешках вместе со стоящей на столе посудой от сильного удара по столу. Рыжий вжал голову в плечи и попытался задвинуть за спину своего спутника. Запущенные мною нейтрали невидимыми лентами заскользили по полу, устремившись к подозрительной троице, пока я с совершенно невозмутимым лицом крошила в остатки соуса хлеб. Да, такому в детстве меня не учили, но приобретённые привычки — дело такое, легко перебьют любое воспитание.
Не успели потоки коснуться своих целей, как раздался громкий звук оплеухи, и низкорослая парочка отлетела прочь к стене. Обратившись в слух, я перенаправила нейтрали только на упавших.
— …нет, мы не будем убивать! Мы не можем больше! Нам нельзя! Пощадите!.. — не успев договорить, Рыжий схватился за шею и захрипел, катаясь по полу.
— Не слушайте его, Хозяин, я пойду! — шатаясь и кашляя, с пола поднялся «второй».
