Опутав искорёженное тело нейтралями, я с их помощью безжалостно выламывала, вытягивая вверх, деформированные рёбра, возвращая в нужное положение. Микки не мог видеть, что я делаю, но противный хруст ломаемых костей точно слышал. Потому что давно я не ощущала физически такой поток ненависти, направленный в мою сторону. Это было просто восхитительно!
Просчитав все нюансы, я сплела тонкий силовой каркас из тех же нейтралей и как бы «подставила» изнутри под рёбра, чтобы не дать им случайно снова деформироваться, пока не срастутся в нужном положении.
Снаружи банально плотно забинтовала. Таким образом, грудная клетка оказалась зафиксирована и снаружи, и изнутри. «Весёленькая» пара суток мне, несомненно, гарантирована, но это ерунда. Главное, чтобы всё получилось. Если с Рикки сразу было понятно, что нужно делать, то вот с Микки придётся повозиться, ибо то, что я увидела, когда он был в чертовской ипостаси, меня сильно обеспокоило. И как действовать в его случае, можно было только догадываться. Главное — не ошибиться.
Максимально аккуратно натянув сверху на Рикки свою рубашку, доходящую ему почти до колен, я отшвырнула ставшее ненужным влажное полотенце, которым ранее были обмотаны бёдра. Второе, пока так и оставила на голове. Щелчком приблизив к столу Микки, я указала на тело:
— Жив он, жив. И ничего не чувствует, пока действует зелье, которым я его опоила. По-другому было нельзя. Сейчас отнесу его в вашу спальню. Не трогать, не тормошить, если вдруг что— сразу звать меня, чем бы я не была в тот момент занята.
Ты меня понял?"
"Почувствовав, что заклятие перестало на него действовать, рыжий молча кивнул, шмыгнув носом. О том, что он с точностью исполнит все мои указания, говорило его залитое слезами раскрасневшееся лицо. Раз так сильно переживал, значит, глупостей по отношению к собрату точно не натворит. Я подхватила безвольное тело Рикки и унесла на второй этаж. Вернувшись в лабораторию, махнула рукой, чтобы Микки тоже залез на стол. Втянув голову в плечи, не зная, что его ожидает, он смиренно взобрался на указанное место.
— Давно ссадину получил?
Я взяла чистую салфетку и вытерла остатки подсыхающих слёз.
— Давно, госпожа Ри…
Пробежавшись пальцами по краям раны, нащупала уплотнение. Всё-таки придётся шить.
— Рана нехорошая, нужно будет вычистить и ушить. Усыплять не буду, если страшно, можешь закрыть глаза. Только не зажмуривайся, иначе мышцы напрягутся и будут мешать. Но вначале сниму ошейник. Чтобы ты понимал: его отсутствие ничего не меняет.
