Но они мне дороги и я не могу позволить им погибнуть из-за меня. И допустить, чтобы они годами жили в страхе ожидания непоправимого, тоже не могу. В прошлый раз Тварь почти на десять лет затаилась. Я опасна для тех, кого считаю «своими» …
— Ага, а превратить чужой город вместе с его жителями в груду камней или место кровавого побоища это ты себе позволить можешь!
— Мне так проще. И это не обсуждается!
— Сандра, ты ненормальная!
Настал мой черёд расхохотаться:
— Берт, а то ты этого не знал, когда шёл служить под моё начало! И вообще… Ты сейчас кто? Призрак! Тебя.
Не. Существует. Вот и сгинь!
— Учти, здесь тоже могут появиться люди, которых ты со временем будешь считать «своими»… И не только люди…
Я открыла глаза. Рядом никого не было, лишь одинокий любопытный голубь, склонив голову набок, подбирался к моим туфлям.
* * *Внезапно запахло сладкой полынью. Вот и мальчики вернулись. Я посмотрела по сторонам. Так и есть, слева сидел Микки, догрызая вафельный рожок с мороженым, справа тарабанил пальцами по пухлой чёрной папке Рикки.
— Ещё что-нибудь удалось узнать?
Пажи синхронно покачали головами.
В принципе, они и так умнички. Много интересного раскопали за эти несколько часов. Краткое содержание документов из папки я и так знала. Что-что, а подавать информацию пажи умели. Смогла-таки научить. Со стороны башни раздался первый удар часов. Что ж, пора начинать наш спектакль. С последним ударом лавочка опустела.
Глава 3. Феи бывают разные… Некоторых лучше чтобы вообще не было…"
"Вам сказки в детстве рассказывали? Когда там злая фея появляется? Правильно! В самый, что ни на есть последний и, одновременно, неподходящий момент.
Вот в ожидании этого самого момента мы и стояли перед дверьми секретариата магистрата. Я оперлась на трость левой рукой, а правой провела перед собой, будто протирая запотевшее зеркало, и стена стала прозрачной со стороны коридора. Для тех, кто находился по другую сторону, ничего не изменилось. Все интересующие нас лица уже были внутри: секретарь магистрата, выступающий в таких случая в качестве третьей стороны при подписании брачного договора, господин Альмер с дочерью, оба графа Пронер, отец и сын, и Фея-Крёстная Ангелика.
Пока отцы будущих новобрачных горячо обсуждали размер приданого невесты, Ангелика вовсю ворковала в стиле «Ой, вы гости дорогие, посмотрите на счастливые лица детей… У вас товар, у нас — купец…». Не хватало только сита, застеленного расшитым рушником, под монеты-выкуп.
