Я слышал шум внутри и тихий, приглушенный голос матери. Отчётливо услышал:
— Ну, как поговорили?
Ответа не расслышал. Возможно, его и не было.
Позже я ушел из квартиры, решил проветриться и погулять. Все обдумать. Вернулся вечером, голодный, как волк. Мама позвала ужинать. Боже, как же я соскучился по настоящей домашней еде! Борщ был просто восхитительным, в армии такого никто не сварит. А уж в курсантской столовой и подавно.
Ну, невозможно сварить триста литров борща в одном котле так, чтобы он был таким же вкусным, как дома.
Это фантастика! После ужина, я какое-то время провел в своей комнате, а после завалился спать. Внезапно, ни с того ни с сего ощутил, что устал как собака и буквально выключаюсь на ходу.
Проснулся рано утром, ещё шести не было. В коридоре был какой-то шум. Приоткрыв дверь, заметил, что отец куда-то собирался. На нем была лёгкая кожаная куртка, каких в Союзе тогда просто не было. Вернее, может, где и были, но это был редчайший дефицит.
Увидев меня, он только кивнул, затем взял сумку с вещами и вышел.
Судя по всему, ночевал он в отдельной комнате, на диване. Подушка и плед говорили сами за себя. Что, ушел на совсем или ещё вернётся?
Меня это не сильно волновало — мне нужно было возвращаться на службу. Сначала на железнодорожную станцию, взять билет на электропоезд до Краснодара, а дальше привычным транспортом до училища. Там доложиться о прибытии, сдать документы."
"Пока завтракал, на пороге появилась мать. Я ей ещё вчера сообщил, что приехал буквально на чуть-чуть, переночевать.
Вкратце рассказал, что я теперь курсант высшего военного училища, скоро стану офицером, чему она была несказанно рада. Ещё бы, Краснодарский край это вовсе не Афганистан, там войны нет. Все же куда лучше сидеть за столом и писать лекции, чем бегать с автоматом по тем горам, за которые уже столько лет шла война. Именно она и сообщила, что по телевизору говорят, будто война в Афгане близится к завершению. Вероятно, это так и есть.
Попрощавшись, я покинул дом.
Выходя из подъезда, обратил внимание, что Ауди 80 у дома уже не было — отец уехал. И честно говоря, меня не волновало куда — за прожитую жизнь в том времени, я привык и давно свыкся с мыслью, что отца у меня нет. Пусть он жив, пусть у него все хорошо, но мне с ним не по пути. Раньше нужно было думать, голова на плечах должна быть всегда, а ведь он не мальчик… Самому уже за сорок!
В общем, убыл я из Батайска, проехал через уйму станиц, небольших поселков.
